Year 2013: Dawn of the dead.

Объявление


Сюжетное:
Что ты забыл здесь?
Возможно, если простой вопрос заставил задуматься, лучше спрятаться под одеяло и дальше верить в то, что руки живых мертвецов не раздерут его вместе с твоей кожей. Однако не стоит забывать, что безысходность и отчаяние приносят порой гораздо большую боль, чем физическая, а живые зачастую гораздо опаснее и страшнее мертвых.
Ты боишься? Хорошо. Значит, ты все еще жив.

Специально для гостей и потенциальных участников форума сообщаем, что в связи со спецификой хоррор-тематики и по правилам данного проекта игра и ее чтение предназначены для лиц, достигших 18 лет.

Игровое время и погода:
25 декабря 2013 года - 25 января 2014 года. Прохладно. Температура не поднимается выше 10° по Цельсию днем и редко падает ниже -10° ночью. Холодный пронизывающий ветер с залива время от времени нагоняет тяжелые снежные облака. Частые снегопады и метели.
В игре:
Говорить с Кирой о доверии было как-то по-особому странно, словно Торн не имел права затрагивать эту тему, но был вынужден в силу обстоятельств. Именно доверие, ее доверие он пытался заслужить все это время, вытанцовывая на периферии ее существования, как все чаще зримый, нежели незримый покровитель. Кел уже не задумывался, зачем ему сдалось это такое хрупкое и непостоянно явление, как доверие девчонки, которую он почти в буквальном смысле получил в наследство от Монтойи. Оно ему было нужно и все тут. Остальное не имело значения. Лифт остановился, не причинив своим пассажирам никакого дискомфорта, и створки разъехались в стороны. Торн вышел первым, но потом пропустил Киру вперед и проводил ее через холл к распахнутым настежь дверям. Он провел в этих апартаментах довольно много времени, но никогда прежде роскошь этого места не казалась ему настолько ослепительной, как сейчас, когда все наконец-то было сделано и никто не суетился на территории, которую он уже считал своей.

Новости форума:
Форум перешел в камерный режим. Подробнее.
Правила | Сюжет | Зомби | Гостевая | Шаблон анкеты | Быстрый и мертвый | Поиск персонажей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Year 2013: Dawn of the dead. » Страницы истории » 25.12.2013. Give me back my legions, or give me control


25.12.2013. Give me back my legions, or give me control

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Участники: Келлан Торн, Патрик Кинкейд, Ро Нгата.
Место действия:
Апартаменты класса люкс. Пентхаус
Еще при постройке торгового центра самый верхний этаж был предусмотрен для устройства элитного жилья. Модная фишка для Нью-Йорка и любого другого крупного мегаполиса. Только в итоге ни одного жильца здесь так и не поселилось. Панорамные окна с видом на Манхэттен с одной стороны и на Куинс с другой, роскошная дизайнерская отделка и все прочие изыски полноценного пентхауса так и остались невостребованными. До тех пор, пока не были обнаружены при зачистке здания от зомби выживальцами группировки Куинсборо. Конечно же столь примечательную жилплощадь Торн оставил за собой и потратил довольно много времени на то, чтобы привести ее в порядок и оформить в соответствии со своим вкусом.
Две оборудованные отдельными ванными спальни, находящиеся в разных концах апартаментов, разделены огромной студией, в которой совмещены гостиная и кухня. Имеется настоящий камин, встроенная барная стойка с хорошим выбором алкоголя и небольшая оранжерея, к которой каким-то чудом сохранились кое-какие растения. Все это с той стороны здания, что выходит на Манхэттен. Со стороны Куинса располагаются дополнительные помещения - небольшой тренажерный зал, сауна с бассейном и две отдельные комнаты, мало чем отличающиеся от обычных номеров отеля на втором этаже. Двери лифта выходят в небольшой холл, откуда можно попасть как в главные апартаменты, так и в дополнительные. Видеонаблюдение ведется только в холле.

Блок-пост на мосту Куинсборо
Мост Куинсборо еще называют "Мост 59-й улицы". Это двойной консольный мост через Ист-Ривер, соединяющий Лонг-Айленд-Сити в районе Куинс с Манхэттеном, проходя через остров Рузвельта. У моста два уровня. Верхний уровень имеет четыре полосы автомобильного движения, плотно забитые разного рода транспортом и перекрытые высокими бетонными блоками со стороны Манхэттена. Нижний уровень имеет шесть полос: внутренние четыре для автомобилей, внешние два для пешеходов и велосипедов. Так же как и верхний уровень, нижний перекрыт бетонными блоками на выезде на 59-ю улицу. Только две центральные полосы загорожены стальными раздвижными воротами. Этот укрепленный блокпост, как на верхнем, так и на нижнем уровне, круглосуточно охраняется стрелками.

0

2

25 декабря 2013 года, где-то около полудня

Климатизатор работал на полную мощность, в камине весело трещал огонь, а в руке был стакан с чистым виски, но Торну все равно казалось, что в этой огромной студии слишком холодно. Наверное всему виной был вид, простирающийся из окна. Серый, безжизненный город, припорошенный снегом в лучших традициях постапокалиптического Рождества и вполне в духе тех картинок, которыми комната Кортес была буквально забита. Ей понравится, должно понравиться. От этой не отличающейся особой уверенностью мысли становилось не в пример теплее. Торн едва заметно улыбался, щурясь на полыхающий в камине огонь, и прислушивался к трепотне снующих туда сюда взмыленных подручных. Осталось навести последние штрихи и эти роскошные апартаменты наконец-то будут готовы. Ей понравится. Обязательно понравится. Вот уже несколько недель он из кожи вон лез, чтобы наладить с Кортес отношения и одновременно сделать так, чтобы это не было очевидным ни для кого, в том числе и для нее самой, и, кажется, у него получалось. Он просто присутствовал в ее жизни, с каждым днем увеличивая дозу своего присутствия на лишние минуты. Постепенно и с осторожностью. Так приучают к яду, чтобы свести на нет его действие. Но даже осознавая себя себя этим самым ядом, Торн не мог не торжествовать. Медленно, но верно жгучая неприязнь разбавлялась чем-то очень похожим на смирение и снисхождение. Еще немного и...
- А это куда?
Вынырнув из своих хмельных фантазий, Торн повернулся в кресле, в котором уже основательно пригрелся, чуть не задремав, и посмотрел на встрепанного и вымокшего от непрерывной беготни Гейджа. В руках у парнишки был складной мольберт, целая связка заготовленных планшетов разного размера, уже обтянутых холстом, и чемоданчик с красками и кисточками. Как он все это умудрялся удержать, оставалось настоящей загадкой, разгадывать которую Торну было не особо интересно. Еще один рождественский подарок, который тоже должен ей понравиться. Возможно, даже больше, чем эти хоромы класса люкс.
- Туда.
Нехотя поднявшись из кресла, Кел указал рукой со стаканом на пустующее пространство у самого окна. Там было достаточно светло, чтобы рисовать. По хорошему было бы неплохо обустроить отдельное помещение для ее творчества, такую мастерскую-студию, но на это ушло бы гораздо больше времени. Может быть после Рождества он этим займется вплотную, а пока пусть рисует свои страшные картинки здесь, у него на виду. Пока Гейдж устанавливал мольберт и расставлял все остальное, Торн поглядывал в сторону распахнутых дверей спальни. Ее оформление, так же как и все остальное, было продумано до последней детали. Настоящий будуар принцессы только в вишнево-графитовых тонах с примыкающей к ней просторной и светлой детской нейтрального чайного цвета. Он сломал себе голову, чтобы выбрать подходящий цвет, но в итоге решил остановиться на этом, раз уж не известно точно кто будет, мальчик и девочка. На свою берлогу он потратил куда меньше нервов. Ее ребята закончили за два дня и теперь она выглядела в точности как тот номер в отеле Луксор Лас-Вегас, где он жил, поигрывая время от времени в казино, когда сбегал из Нью-Йорка, чтобы отдохнуть от работы и семьи. Стоит ли говорить, что в этом отеле он гораздо больше чувствовал себя как дома. Теперь все будет иначе, решил про себя Торн и запил это решение остатками виски. Рановато для алкоголя, конечно, но сегодня все таки праздник.
- Кинкейд вернулся, - доложили из холла. Вслед за голосом послышался треск рации и едва различимый голос Таргетта, который как всегда был на своем посту в дневное время и зорко следил за всем, что происходило в здании.
- Хорошо, - Кел кивнул невидимому связному и вновь направился к бару. - Пусть тащит все, что привез сюда.
Он хотел было присовокупить к этому приказ найти Киру, но решил пока повременить с этим. Еще успеется.

+7

3

Дорога до Куинсборо заняла где-то полчаса, может минут сорок. Патрик не засекал, но явно меньше, чем дорога оттуда, что само по себе было странно, словно Патрик торопился на собственную казнь. Смерть, жестокая и мучительная, вот что ждало его в конце пути. Торн не будет с ним сюсюкаться, это точно. Трусливая мысль, тупо свалить и затеряться среди улиц Манхэттена, какое-то время пульсировала в мозгу, но вес кольта, который обронила Кира не давал Кинкейду покоя. Пальцы сжимали рукоятку так, словно в этом оружии был смысл его жизни, спасение его греховной души, которую он в свои двадцать три года умудрился вымарать в отборнейшей грязи целиком. Один только бог, а может и он не в курсе, откуда это взялось в столь беспринципном и эгоистичном человеке, как Патрик Кинкейд. Но оно было. Было и не давало ему покоя, выговаривая негромкий, хрипловатым голосом Киры: «Ты должен, должен, должен...»
Дилан уже умер, когда Патрик вернулся в здание бутика. Кровь все еще растекалась вокруг него глянцевым ковром, но в его глазах уже не было жизни, даже слабой искры не наблюдалось, сколько Патрик не всматривался в светлую радужку. Он только сейчас заметил, что глаза у случайного напарника были очень примечательные, светло-зеленые с золотистыми крапинками. Рация все еще похрипывала в руке Патрика. Он так и не смог ничего сказать. Таргетт звал его, пробиваясь через завесу помех, но Кинкейд молчал. Он сильно сорвал голос своей истерикой там снаружи и всю дорогу до Куинсборо ощущал привкус крови во рту.
- Он ждет тебя на верхнем этаже, - сообщили ему, едва он выбрался из машины, шатаясь как пьяный. Патрик только кивнул и неспешно потопал к выходу с парковки, даже не расслышав «А шмотки?», брошенное в спину. Ему сейчас было не до шмоток. В мозгу пульсировал один единственный вопрос, от ответа на который в буквальном смысле зависела его жизнь. Что сказать Торну? Даже не что, а как. Как ему сообщить, что его драгоценная Кортес в руках бронкских дикарей и, возможно, уже мертва?
Лифт поднимался медленно, растягивая предсмертную агонию Патрика, который, судя по охватившему его оцепенению, уже смирился со своей неприглядной участью. Даже тот факт, что он порешил Тито, не поможет ему. Он лоханулся и должен ответить за это.
Торн действительно был на самом верху. Пентхаус сверкал своей сдержанной и в то же время пугающе роскошной обстановкой. Даже привычный к подобным интерьерам Патрик застыл на пороге, озираясь по сторонам с распахнутым ртом, но стоило ему напороться взглядом на мужчину, стоящего у плавно изогнутой барной стойки, как все постороннее слетело с него как шелуха. Торн был в благодушном расположении духа, что значило только одно - он не в курсе того, что Кортес нет в Куинсборо. Патрика словно окунули в ледяную воду. Всю дорогу до торгового центра он надеялся, что ее пропажу уже обнаружили, что Торн уже перекипел и сорвался на ком-нибудь другом, а ему, Патрику достанется не так сильно. Но теперь по всему выходило, что грозовая туча нависла над ним и только ждала момента, чтобы обрушить на него все свое содержимое.
- На нас напали дикари из Бронкса, - сорванным до хрипа голосом проговорил Патрик, не двигаясь с места. - Дилан мертв.
Вроде и слов кот наплакал, а воздуха в легких едва хватило, чтобы их произнести. Шумно втянув в легкие воздух, Патрик выдохнул через нос и как будто прозрел. О чем он вообще? Какое теперь дело до Дилана? Он труп, ему уже ничем не поможешь, а вот Кира... Если она все еще жива, то ее жизнь... ее и ее ребенка зависит от того как, скоро они что-нибудь предпримут для ее спасения, а он тянет кота за яйца, как какой-то трус. Бля... Мысленно Патрик перекрестился и поставил свечку за упокой собственной души.
- Кортес была с нами, - выдохнул он, наконец, упорно глядя в натертый до блеска пол, и после недолгого промедления добавил: - Ее забрали.
Не поднимая глаз, он вытащил из-за пазухи кольт с глушителем и, взвесив в руках, протянул на ладонях вперед, как самое ценное подношение.

+7

4

Покатывая один единственный глоток виски на языке, Торн смотрел на раскинувшуюся перед ним панораму мертвого города и пытался понять его привлекательность, которая побуждала Киру снова и снова рисовать всю эту разруху и смерть. Немного по-детски, как в школе, когда нравится девчонка и ты хочешь узнать о ней все, что только можно. Любимый цвет, любимая группа, какое мороженое она любит, чем занимается в свободное время. Глупо, конечно, и в то же время по-взрослому расчетливо. Ведь информация действительно дает власть над объектом, но, как говорится, не все йогурты одинаково полезны. Что толку от того, что он знает о ней? Она любит чай с жасмином, вафли с шоколадной пастой и мексиканскую кухню. Она здорово танцует, метко стреляет и рисует жуткие картинки. Она с легкостью убивает людей, которые ей безразличны, но почему-то позволяет жить тем, кого ненавидит. А еще она потеряла всех, кого любила. Может быть в этом дело? Ненавидеть проще. Терять тех кого ненавидишь тоже. Не так больно.
Опустив взгляд в свой опустевший стакан, Торн нахмурился и одновременно усмехнулся, отчего его лицо приобрело непривычно комичное выражение. К счастью, свидетелем этих мимических метаморфоз стал один только заснеженный Манхэттен, а он никому не расскажет. Он так же молчалив, как и мертвецы, его захватившие, и смотрел на Торна снисходительно, как будто знал, о чем тот думает. Что бы он не узнал, какой бы информацией не располагал, это не даст ему той власти, которую он рассчитывал получить. Теперь все иначе, информации недостаточно, нужна грубая сила и очень много злости. Это было так же ясно, как и то, что он пьян. Еще порция и хватит на сегодня, решил Кел про себя и вернулся к бару. Он наполнил стакан на два пальца, когда появился Кинкейд. Его размытое отражение в поверхности панорамных окон было едва различимо, но Торн видел, как парень распахнул рот в изумлении от всей этой красоты и рокоши, и усмехнулся.
- Впечатляет, правда? Никогда раньше не занимался подобным, - в его голосе не было ни тени самодовольства, одна только уверенность в себе и совсем чуть-чуть виски. Именно виски смягчило впечатление от слов Патрика. Подумаешь дикари, мысленно отмахнулся Торн и поднес стакан ко рту, даже не попытавшись припомнить, что из себя представлял этот Дилан и стоит ли жалеть о его смерти. Один большой глоток запалил в глотке огненный шар, но вместо него в желудок почему-то свалился айсберг, стоило Кинкейду продолжить отчитываться от поездке. Торн резко повернул голову и уставился на парня вмиг потрезвевшими глазами. Выдохнуть он смог только спустя какое-то время и удивился тому, что изо рта не вырвался морозный пар.
- Что значит «ее забрали»? - прохрипел он на выдохе и, швырнув пустой стакан куда-то в сторону камина, прогрохотал на весь этаж: - Что это значит, Патрик?!!
Одно мгновение, и разделявшее их немалое расстояние сократилось до считанных сантиметров. Торн навис над Кинкейдом грозовой тучей и уставился на протянутый им кольт. Кира никогда с ним не расставалась. Никогда. Его пальцы слегка подрагивали, когда он коснулся потертой рукояти, но стоило им обхватить ее и взвесить оружие в руке, как они вновь обрели твердость. Прозрачный трескучий мороз внутри сменился непроглядной снежной бурей. Никогда прежде он не испытывал ничего подобного. Слепая ярость, наполнила его тело адреналином под завязку, выжгла в нем все то, что он холил и лелеял, изо всех сил стараясь сохранить образ сдержанного и расчетливого дельца без страстей и, соответственно, слабостей. Торн набросился на Кинкейда, как дикий зверь, которого слишком долго держали на цепи. Кулак поднимался и опускался, кровь брызгала на медовый паркет и упавший тут же кольт, из глотки вырывалось хриплое дыхание напополам с рычанием. Его оттащили впятером, но он продолжал рваться вперед, готовый не просто избить провинившегося, а забить его насмерть голыми руками.
- Какого черта она вообще поехала с вами?! Зачем?! - рычал он. - Черт! Да отпустите меня уже!
Пришлось позволить парням оттащить себя как можно дальше от Кинкейда, только тогда они его отпустили. Джо даже проявил в своем роде заботу и сунул ему в руку бутылку виски, которой он уже успел сегодня нанести значительный урон. Отвернувшись от всех к окну, Торн присосался к горлышку. В ушах шумела кровь, но он как будто слышал это вновь и вновь. Ее забрали. Забрали...

+7

5

Лучше бы Торн убил его сразу же. Не было бы так по-детски, почти до слез обидно. Боль-то, черт с ней, Патрик с пеленок был приучен к побоям, спасибо папочке. Мир праху его и так далее. Но вот обида... Что делать с ней? Как всегда проглотить, как какая-то дешевая шлюшка, да еще и облизнуться напоследок, преданно заглянув в глаза? Он уже не работает в Федеральном Резервном Банке чтобы вести себя подобным образом. Никто ему не платит зарплату и не обещает повышение. Он не обязан терпеть все это дерьмо. Как будто он виноват в том, что случилось. Как будто это он подсел к Кортес за столик и предложил ей сгонять за покупками тайком от большого босса, а потом бросил ее в лапы дикарям. Какого хрена, его выставляют крайним?! Нужно было все свалить на Дилана, запоздало шепнул внутренний голос. С мертвого спрос не велик, разве не так? Но Кинкейд был слишком зол и задет за живое, чтобы внимать этому голосу. Он только недавно начал поступать правильно, буквально этим утром, и не собирался останавливаться на полпути ради того, чтобы отмазаться. Да и, если подумать, какое тут пол пути, он еще даже и шага не сделал, только шнурки завязал и концы запрятал, чтобы не мешали на пути к исправлению. Сложный будет путь.
- Пошел ты... - огрызнулся Патрик, еле ворочая языком, когда Торна наконец-то от него оттащили. Во рту было столько крови, что когда он ее сплюнул, всем присутствующим показалось, что взорвалась граната с красной краской. Стоящий рядом парень, кажется, это был Гейдж, отскочил в сторону, испуганно пискнув и сматерившись вдогонку. Патрик корчился на полу, силясь одновременно побороть приступ тошноты и подняться на колени, а стоящие над ним парни и не думали хоть как-то ему в этом помочь. Казалось, они вообще боятся к нему прикасаться, словно он болен, заразен и вообще обречен. Может и так, если все не образуется в самом скором времени, долго Кинкейд не протянет. Он только что потерял девчонку большого босса, более того, девчонку беременную, то есть по факту он потерял двоих. Может на первый взгляд это было и не очень заметно, все таки в Куинсборо собрались не самые добрые люди, но с тех пор, как все они узнали, что Кортес на сносях, что-то изменилось. Появилась надежда, что ли. Мизерная, немного глупая и наивная, отчасти даже смешная, но все таки надежда. Еще не все потеряно и все еще можно исправить. Патрик тоже это чувствовал и потому не стал циклиться на собственной обиде. Времени было мало. С каждой минутой шансов вернуть Киру целой и невредимой становилось все меньше и меньше.
- Давай, ты потом меня в угол поставишь, а? - отплевавшись, он смог наконец внятно говорить. - Я оправдываться не собираюсь, сглупил, виноват и так далее, все это не важно сейчас. Ее забрали, но не убили, вот что главное. Я не видел тела и не слышал, чтобы она кричала. Я... - он с трудом проглотил застрявшую в горле тошноту и продолжил говорить постоянно сглатывая. - Я более чем уверен, что ее оглушили и забрали с собой. Она им нужна... зачем-то.
Зачем именно, тут вариантов было не так уж и много, и все как один хреновые. Патрик даже не потрудился эти варианты выстроить столбиком в уме, чтобы прикинуть процентную вероятность каждого. Все они были возможны с одинаковым успехом. Кортес могли сожрать, пустить по кругу или просто распотрошить ради потехи. Он слыхал, что каннибалы любят поиграть с жертвами в кошки мышки прежде чем убить. При любом раскладе был шанс, что Кира еще жива. Патрик готов был вспомнить о наследии матери католички и горячо помолиться за эту девчонку и ее ребенка, когда какая-то добрая душа вложила ему в руку бутылку с водой. Он присосался к ней и хлебал, как свихнувшийся от жажды человек, пока она почти не опустела, а пластмасса не смялась в его руке. Остатки он плеснул себе в лицо. Попавшая в глаза кровь мешала видеть все четко и ясно, но Торна он все же разглядел. Его массивная фигура, стоящая против огромного панорамного окна, выделялась четким черным силуэтом на фоне бесконечной снежной белизны. Наверное, нужно было предложить хоть какое-то решение, как-то выказать свою заинтересованность в спасении Киры, но Патрик не знал, что они могли сделать. А Торн знал, должен был знать.

+7

6

Виски осталось чуть и Торн хлебал его как воду, но толку от этого было чуть. Нервы по-прежнему были на пределе, он был зол как никогда и при этом поразительно трезв. Похоже, выброс адреналина сработал как вытрезвитель. Одно хорошо, ему больше не хотелось убивать, по крайней мере собственными руками, а это уже кое что. Где-то в голове щелкнул тумблер и слепая ярость сменилась холодной и острой как осколок льда злобой, которую нужно было куда-то направить. Точнее, в кого-то. В того, кто действительно виноват в том, что случилось.
Спустя еще несколько глотков Торн снова смог думать как раньше, просчитывать варианты, рассуждать не только трезво, но и, что немаловажно, правильно. Сейчас от всего этого было куда больше толку, чем от чесотки в кулаках и разбитой в хлам рожи Кинкейда. Кел запрокинул голову, чтобы выпить оставшийся на дне символический глоток, который оставлять было уже просто стыдно, после чего аккуратно поставил пустую бутылку на край барной стойки, чем немало удивил наблюдавших за ним людей, которые ожидали, что он швырнет пустевшую тару в окно как минимум, и, повернувшись, спокойно посмотрел на Патрика. Выглядел тот неважно, но в глубине души Торн испытал удовлетворение. Конечно, наказание не соответствовало проступку и Патрику еще предстоит всерьез постараться, чтобы реабилитироваться в его глазах, тем не менее он не стал оправдываться и признал свою вину. Должного удовлетворения это не принесло, но все равно напряжения в воздухе заметно поубавилось.
- Мне нужны детали, - сухо отчеканил Торн, глядя на Патрика с холодной решимостью. - Улица, где это произошло, номер дома, сколько времени прошло, с точностью до минуты, что именно ты видел и слышал. Больше информации, Патрик!
Он подошел ближе к Кинкейду, но никто не попытался его остановить, справедливо рассудив, что босс успокоился и теперь не будет махать кулаками. Они уже успели изучить его нрав, стоит отдать им должное. Одного они все еще о нем не знали, скорее всего даже не допускали в мыслях, слишком привыкшие к тому беспринципному и жестокому человеку без привязанностей, которым он изо всех сил старался выглядеть в их глазах. Едва ли хоть кому-то в этом чертовом торговом центре вообще могло прийти в голову, что задиристая беременная девчонка, которую он получил, можно сказать, в наследство от Монтойи и его мелкого подвывалы Гонзалеса, никакой не трофей и далеко не красивая игрушка. Она никогда не была ни тем ни другим, по крайней мере лично для Торна. Но для всех остальных, все было именно так и никак иначе. У босса отобрали ценную вещь, его боевой трофей, принадлежащий ему по праву, и теперь ее нужно было вернуть, потому что в противном случае босс очень сильно расстроится и не даст жизни никому в этой гребаной башне и ее окрестностях.
Эта мысль суетливой мышью перебегала от одного к другому, неся за собой осознание, что если они не разобьются в лепешку ради спасения Кортес, темные времена в их маленьком райском уголке не заставят себя ждать. Свидетельством того, что осознание это постигло всех без исключений, стал тихий лепет Гейджа, нарушившего затянувшееся молчание первым.
- Если ее похитили Падальщики, значит нужно ее вернуть.
Говорят же, устами младенцев глаголет истина, даже если младенец условный и тянет скорее на переросшего подростка с пристрастием к травке и прочим радостям своего бестолкового существования. Торн смерил его ненавидящим взглядом.
- Да ты, блядь, гений! - воскликнул он с деланным изумлением. - Как это мне самому в голову не пришло?!
Саркастические смешки и колкие комментарии посыпались на парня градом, но тот не обращал внимания, усиленно насилуя свой мозг, в который, судя по всему, пришла какая-то слишком сложная для его убогого умишка мысль.
- Я не про то, - он неловко потоптался на месте, собираясь с мыслями. - Если ее действительно похитили Падальщики, то мы знаем с кого спрашивать. Они же в Бронксе осели. Поехать туда, типа с миром, привлечь внимание, контакт наладить и потребовать вернуть ее. Они может и дикари, но даже с ними можно договориться. Кайл, ну тот, который с последними чуваками пришел, говорил, что они ведут дела с некоторыми мелкими бандами. Со скинами там, да с теми уторками из Бруклина, которые себе оранжерею отхапали, чтобы траву выращивать. Падальщиков тоже интересует наркота. Выменять Кортес на кокс и все дела.
Замолкнув, парень развел руками, мол, как-то так, и туповато улыбнулся Торну, который все еще смотрел на него как на одноклеточное, но мысленно недоумевал, почему эта идея не пришла ему. Остальные, похоже, тоже пребывали в легком шоке.
- Он действительно дело говорит или я слишком привык к его тупости? - придя в себя, произнес, наконец, Кел. Кокса в Куинсборо было завались, для него даже пришлось выделить отдельное помещение с железной дверью и приставить охрану. Торн сам лично руководил той почти настоящей операцией по вывозу залежей этого добра из всех известных ему клубов, баров, салунов и даже магазинов, где ушлые наркоторговцы умудрялись хранить свой товар почти под самым носом у копов. Он как будто бы предчувствовал, что эта отрава станет новой валютой с очень высокой ставкой.

Отредактировано Келлан Торн (08-06-2016 18:39:35)

+7

7

Какие еще, нахрен, детали?! Патрик открыл было рот, чтобы огрызнуться как обычно, но тут же его захлопнул, затравленно уставившись на Торна снизу вверх. Внутри шевельнулось нечто черное, давно позабытое, похожее на страх перед тем, кто крупнее и сильнее тебя. Перед тем, кто может причинить боль и обидеть, а ты ничего с этим не сможешь поделать, не сможешь даже ответить достойно. Он не чувствовал ничего подобного уже очень давно. Он вырос из этого. Тот страх, который он испытывал перед отцом, колотившим его по любому поводу, был детским, и Патрик привык ассоциировать его с детством, той давно прошедшей порой, которая уже не вернется и которую он не хотел возвращать. Он никогда не думал, что почувствует что-то подобное еще когда-нибудь, и вон он вновь это почувствовал. Торн возвышался над ним черной скалой, остальные скорбно молчали, Кинкейд же боялся вздохнуть слишком громко. Детали. Торн хотел услышать детали, а Патрик не мог даже вспомнить точный адрес бутика, в котором отоваривалась Кортес. Он вообще едва помнил кто он и как его зовут, настолько подавляющим был этот давно позабытый страх. К счастью Гейдж переманил все внимание, чем выдал Патрику под расписку фору, достаточную, чтобы прийти в себя и вернуть самообладание, в котором тот нуждался как никогда.
Кинкейд отполз немного в сторону, привалился к стене, чтобы обрести хоть какую-то опору, и наконец-то поднялся с пола. Хоромы все еще пульсировали кроваво-красным и качались из стороны в сторону, словно располагались не на самом верху высотки, а на каком-нибудь корабле, попавшем в небольшой шторм. Патрику понадобилось время, чтобы унять головокружение и тошноту. Гейдж к тому времени уже закончил блистать интеллектом, а Торн успел подивиться на сей редкий феномен. Кажется, идея торгов всем понравилась. Парни переглядывались, несмело усмехаясь простому и понятному плану.
- Это же сколько кокса они затребуют? - пропыхтел он, сплевывая на пол очередную порцию крови. Так и подмывало подпортить малину горькой ложкой здорового до отврата скепсиса, но наскрести эту ложку не получалось хоть убей. Кокаина в Куинсборо было столько, что хватило бы для того, чтобы устроить по-настоящему снежное Рождество, что уж говорить о выкупе одной костлявой девчонки, из которой даже суп нормальный не сваришь. Главное, чтобы они не узнали, что она беременна. Патрику почему-то казалось, что это значительно повысит цену выкупа. С одной стороны и хрен бы с ним, с этим кокаином, пусть хоть весь забирают, это же Кира, она может и сучка, а стоила того. Но с другой, после всего, что случилось, это Падальщикам следовало платить по счету. Откуда только взялось это чувство справедливости. Патрик посмеялся бы над собственной наивностью, если бы не было так больно даже улыбаться.
- Бутик Прада, там мы были, - вспомнил он, наконец. - Не в том, который на самом Бродевее, но тоже рядом. Точный адрес не скажу, не знаю, но могу показать, как проехать, только... - он осторожно прощупал переносицу и поморщился, услышав хруст. - Мне бы в медпункт.
Ответить или как-то прокомментировать его пожелание никто не успел, да и вряд ли кто-то из присутствующих кроме Торна решился бы на это. Возбужденный голос Таргетта, хриплый и потрескивающий из-за неисправной рации, наполнил тишину странной тревогой.
- На мосту что-то происходит, - доложил он. - У самого блок-поста.
Патрик даже забыл о сломанном носе. С тех пор как они заполучили в свои владения часть прилегающих к Куинсборо территорий, мост стал единственной дорогой, через которую можно было попасть на Манхэттен из Куинса и наоборот. Укрепленный блок-пост был просто необходим. Что бы там не происходило, можно было угадать с точностью до девяноста процентов, что кто-то решил заглянуть в гости. Догадка подтвердилась спустя несколько секунд, когда рация вновь затрещала.
- Торн? - позвал Джерри. - Тут тебя спрашивают.
Все как по команде уставились на босса, а парень, в руках которого все это время была рация, не долго думая, протянул ее Торну.
- Это они, - вновь подал голос Гейдж. - Стопудово это они.

Отредактировано Патрик Кинкейд (16-06-2016 15:38:39)

+7

8

Нервно дернув головой, Торн отошел к окну, чтобы никто не смог увидеть выражения его лица. Мука, почти агония, порожденная отчаянием, которое никому из присутствующих не дано понять. Он уже потерял жену и сына, потерять еще одну женщину и еще одного ребенка он просто не имеет права. Кинкейд был прав, эти твари из Бронкса за одну щепотку этого проклятого белого порошка Кортес не вернут. Предстояли торги, а в нынешних условиях никакие его навыки в этой области не помогут. Одно Кел знал наверняка - он пойдет на что угодно, чтобы вернуть девчонку живой и невредимой, и заплатит столько, сколько потребуется.
- Неважно, - глухо отозвался он, когда Патрик наконец-то вспомнил, где именно все случилось. И всокре это действительно стало неважным. Рация одного из парней захрипела и, прокашлявшись, заговорила голосом Таргетта, разом вытряхнув всех из заторможенного состояния. В последнее время укрепленный блок-пост, над которым они работали больше двух недель, все чаще оправдывал себя, слишком много народу, как живого, так и мертвого, стремилось попасть на охраняемую Куинсборо территорию, но на этот раз голос Джерри неуловимо изменился, словно случилось что-то такое, что выходило за установленные ставшим уже привычным зомби-апокалипсисом рамки. Торн прищелкнул пальцами, требуя рацию себе, но пока парнишка пытался отцепить пластмассовую коробочку от своего ремня, та вновь заговорила еще более обеспокоенным голосом, обращаясь непосредственно к Торну.
- Что-то новенькое, - пробормотал себе под нос Кел и, забрав рацию из протянутой руки, покосился на Гейджа, который первым озвучил то, что наверняка было на уме у всех. - Очень на это надеюсь, - признался Торн и, бросив на парня короткий взгляд, нажал на кнопку передачи сигнала, чтобы задать один единственный вопрос. - Это падальщики?
Джерри долго молчал. Так долго, что ребята начали беспокойно переступать с ноги на ногу, переглядываясь между собой и что-то едва слышно бормоча. Хрипы помех через равные интервалы отсчитали несколько мучительно долгих секунд, прежде чем из динамика снова раздался голос.
- Он один. Падальщик. Спрашивает главного, - глухо отчеканил Таргетт и спустя еще пару секунд добавил совершенно обескураженным тоном: - Это какой-то дикарь в шкурах. Парни держат его на мушке, но... не знаю. Мне кажется от такого всего можно ждать. Что с ним делать?
Требовалось определенное время, чтобы осмыслить ситуацию и взвесить все за и против. Падальщики прислали своего человека для переговоров, кто бы мог подумать. Это стоило основательного осмысления. Однако, Торн уже знал, что будет делать независимо от того, насколько это было осмысленно и осмысленно ли вообще. Сейчас он едва ли был способен мыслить со всей присущей ему трезвостью, слишком многое стояло на кону.
- Скажи, я скоро буду, - проговорил он в рацию. - И, Джерри, передай этим кретинам, чтобы не стреляли в него, что бы он не делал, это приказ.
Убрав палец с кнопки, Торн посмотрел на Кинкейда, а точнее на его разбитую в кровь рожу. Судя по количеству крови и запавшим глазам, ему действительно требовалась медицинская помощь, но вместо того, чтобы отправить его в медпункт в заботливые лапки Статлер, Кел решил позволить ему исправить собственную оплошность хотя бы отчасти.
- Подбери сопли, поедешь со мной. Джо, Кайл, вы тоже. Остальные... - он замолчал и огляделся, как будто впервые обратил внимание на учиненный им же беспорядок. - Приберите тут.
С этими словами он подхватил с кресла, в котором совсем недавно так уютно сидел, свой свитер и направился в сторону лифта. Прошло еще несколько минут и из подземной парковки торгового центра выехал начищенная до блеска черная ауди последней во всех смыслах модели.

Мост Куинсборо

+6

9

25 декабря 2013 года, полдень

Ожидание... Никогда еще ожидание чего-то или кого-то не приносило ему такого удовольствия. Обычно оно только раздражает, бесит даже, порой настолько, что доходит до жертв, но сегодня был особенный день и особенное ожидание. Сегодня, наконец-то, Падальщики заявят о себе по-новому, не как дикари, заполонившие город, а как полноценная группировка, с которой следует считаться чуть больше чем с полчищами озомбелых людей, птиц и крыс. Сегодня, если все получится хотя бы половину так, как он задумал, многое изменится.
Ронго блаженно залыбился, стоя на более или менее приличном расстоянии от бетонных ограждений блок-поста и щурясь на торчащих по краям стальных ворот стрелков. Вот уже несколько минут, он только и делал, что испытывал их терпение на прочность, прогуливаясь туда-сюда от одного края полосы до другого и то и дело пританцовывая под стрекочущую из висящих на шее наушников музыку. Если под Вагнера вообще можно было пританцовывать. конечно. Он прекрасно знал, как выглядит со стороны в своих шкурах, с ирокезом и странным поведением. Дикарь дикарем, такого остается только пристрелить, не вдаваясь в подробности, и вздохнуть с облегчением от того, что в мире стало на одного дегенерата меньше. Но парни, что охраняли эти гребаные врата рая, стойко терпели и даже не целились в него. Это они еще не видели, что он нацепил под свой полушубок. Ронго сделал вид, что почесывает шею, на самом деле же поправил врезавшийся в нижние шейные позвонки ворот жилета, напичканного взрывчаткой до отказа. Взрыватель болтался на запястье, но из-за длинных рукавов полушубка его не было видно. Одним словом маори был готов к любому повороту. Конечно, он догадывался, что за ворота ему путь заказан и нанести хоть сколько-нибудь значительный урон не получится, но на решил подстраховаться по привычке. В конце концов, он был один, по-настоящему один сейчас. Несколько дикарей пряталась дальше по улице, на крышах ближайших к мосту домов и за брошенными машинами по краям улиц, но сам Ронго не рассматривал их как достойное прикрытие или мало-мальски достойную силу. Против стальных ворот и стрелков не попрешь, если ты не на танке.
«Надо раздобыть танк,» - решил про себя Ронго, резко прекратив хождение туда-сюда и встав столбом. Идея так ему понравилась, что он даже заулыбался, оскалив зубы. Кажется, это насторожило одного из сторожей ворот.
- Чего лыбишься, убожество? - ветер, свободно гуляющий по мосту, услужливо донес его слова до ушей Ронго. Тот поднял глаза, чтобы посмотреть на говорившего, и разулыбался еще пуще, несмотря на «убожество» и прочие нелестные эпитеты, которыми, как он догадывался, его мысленно и между собой поливали эти бравые парни. У него было слишком хорошее настроение, чтобы расстраиваться из-за подобных пустяков, даже учитывая вероятность взорваться как террорист-смертник в самом скором времени. Какая-то часть его этого даже хотела, но Ронго воспринимал эти самоубийственные позывные как легкую щекотку того дикого и необузданного наследия, которым его одарила принадлежность к племени маори, и не придавал значения. Инстинкт жить и выживать, несмотря ни на что, был намного сильнее.
- Удивительная штука жизнь, правда? - не заботясь о том, что его едва ли услышат там наверху, протянул Ронго и театрально вздохнул, когда в ответ прилетело недоуменное «Чего?!». И кто из них убожество?  Глухое плюс ко всему. Повторять для недоумка дважды маори не сподобился, много чести, только обворожительно ухмыльнулся и шутовской поклон отвесил, чем ввел дозорного в еще больший ступор. Тот даже жевать свою жвачку перестал и за винтовку с длинным дулом покрепче схватился, словно незваный гость сделал что-то угрожающее. Нет, не кретин ли? Ронго уже собрался прокомментировать это, когда услышал то, к чему прислушивался последние минут десять. К воротам по ту сторону приближалась машина.

+7

10

За эту недолгую, казалось бы, поездку от торгового центра по мосту Куинсборо к блок-посту почти у самого Манхэттена, Торн состарился лет на десять не меньше. Мало того, что он протрезвел, словно той бутылки виски и не было вовсе, так еще и внезапное похмелье наступило со всеми своими «прекрасными» симптомами разом. В первые за очень много лет Кел пожалел, что вообще решил выпить. Казалось, что его вынули из тела, прополоскали в самом ядреном отбеливателе, который смогли найти, просушили на ветру и запихнули обратно, неаккуратно заштопав прореху в груди. Его знобило, голова гудела, а во рту была настоящая пустыня Сахара. Он то и дело закрывал глаза и массировал глазные яблоки через сомкнутые веки, надеясь хоть как-то облегчить себе жизнь. Расположившийся за рулем Кайл, всю дорогу поглядывал на него в зеркало заднего вида и, когда впереди наконец-то показался блок-пост, что-то буркнул сидящему рядом с ним Джо. Тот, поскрипывая своей откормленной тушей о кожаные сидения, нагнулся вперед, порылся в бардачке и без лишних разговоров протянул в сторону заднего сидения небольшую пластиковую бутылку простой питьевой воды, какие обычно бывают в спортивных залах. Торн не глядя забрал ее и разом выдул больше половины. Легче стало, но явно недостаточно, чтобы почувствовать себя живым человеком, а не зомби, которому только что прострелили башку из двенадцатого калибра. Сушняк может и поутих, но голова как назло взялась раскалываться еще сильнее. Виски буквально выламывало.
- А аспирина у вас там случайно не найдется? - без особой надежды поинтересовался он, когда машина начала замедлять ход. Он уже собрался было закинуть почти опустевшую бутылку под сидение, когда Джо загремел пластмассовой баночкой с таблетками. Торн вскинул брови в притворном изумлении.
- Может ты и гаубицу где-нибудь под сидением припрятал, а мне не сказал? - с легким намеком на иронию поинтересовался он, забрасывая в рот сразу несколько крохотных таблеток. Аспирин оказался детским, а значит дозу нужно было как минимум утроить.
- Не беспокойся, с вооружением у нас все в поряде, - решив, что босса беспокоит именно это, успокоил его Джо. - Будет выебываться, быстро успокоим.
Самоуверенный гогот наполнил салон машины, даже Кайл веселился, не отрывая взгляда от дорожного наледью покрытия моста. Не сдержавшись, Торн от души саданул рукой о спинку переднего сидения, от чего сидящего перед ним Джо колыхнуло. В этот самый момент машина остановилась, движок погудел еще немного и затих, и в салоне наконец-то воцарилась блаженная тишина.
- Нет, - проскрипел Кел осипшим голосом. - Если кто-нибудь в него выстрелит, я сам вас выпотрошу. Это понятно? Понятно, я спрашиваю?!
Пришлось повысить голос, чтобы добиться ответа, который конечно же был положительным. Торн удовлетворенно кивнул и, бросив на притихшего Патрика, короткий взгляд, стал выбираться из машины. Створки ворот начали отодвигаться в стороны, как только он кивнул дозорным. Шага он не замедлил и миновал первую линию обороны на случай нападения довольно быстро. Следом за ним за ворота вышли Джо, Патрик и Кайл, все вооруженные и на первый взгляд готовые открыть огонь за малейший чих незваного гостя.
Тот действительно оказался тем еще дикарем. Не дойдя до него всего несколько метров, Кел остановился и, не выказывая вообще никаких эмоций, осмотрел совсем еще молодого смуглого парня с ног о головы, с неудовольствием отмечая про себя, что держится тот так, словно это он тут хозяин, а не Торн. Помимо очевидного, того же полушубка, ирокеза и явной принадлежности падальщика к народу, который не далеко ушел в цивилизованном развитии, он отметил так же и опасный блеск в его глазах. Он уже встречал людей с такими глазами. Веселье в них мешалось с лютой ненавистью, что само по себе было опасным сочетанием. С такими людьми нужно держать ухо востро.
- Ну и? - только и выдал он, после затянувшегося молчания. - Зачем пожаловал?

+7

11

- И вот распахнулись врата... И явился он во всем своем блеске и великолепии... - декламировал Ронго под грохот открывающихся ворот куинсборовского блок-поста. Он прекрасно знал, что его все равно никто не услышит за всем этим лязгом и шуршанием, и потому не отказывал себе в удовольствии говорить в полный голос, громко и с чувством, как актер на сцене театра, да еще и кривлялся в процессе. Дозорным, похоже, было глубоко наплевать на все его выделывания. Откровенно неблагодарная публика, стала еще неблагодарнее, когда ворота открылись и за пределы охраняемой территории вышла целая делегация в составе аж четырех человек. Нет, падальщика, конечно продолжали держать на мушке, но появление большого босса явно всех расслабило. А босс реально большим оказался, как-то между делом подумал Нгата. Может не такой громила, как Малыш Фредди, в котором было где-то около двух метров, но тоже где-то рядышком. Или же Ронго, так и не доросшему до уверенных шести футов, так только казалось со стороны. Хрен его знает. В любом случае подходить ближе, чем есть, он не собирался. Достаточно того, что он пошел на контакт первым и ждал, пока они там отелятся. Если на него еще и с высока смотреть будут, словно он тут клянчить хлебушка у добрых людей прибился, ничем хорошим это точно не закончится. В общем, Нгата решил поберечь чужие ресурсы и сосредоточился на главном.
Чистенький, приодетый и весь такой холеный мужик с бородой остановился на безопасном, как он думал, расстоянии от Ронго и какое-то время рассматривал его. Стоило отдать ему должное, делать морду кирпичом он умел просто отменно. Он вообще ничем себя не выдал. Ни мимикой, ни жестами. Стоял спокойно, смотрел тоже спокойно, только молчал что-то долго. Не то, чтобы Нгата беспокоился по этому поводу. В отличие от тех ребят, что стояли за спиной большого босса, он вообще выглядел умиротвореннее некуда и простоять вот так, переглядываясь с бородачом очень долго, но к счастью для них обоих не пришлось.
- Ой, да ладно тебе! А то ты не знаешь?!
Падальщик хрипло рассмеялся, даже не потрудившись скрыть свое разочарование столь бездарным началом переговоров. Такое внушительное появление и такой банальный вопрос. Ронго действительно был разочарован, но вовремя напомнил себе с кем имеет дело и подозрительно сощурился. Если этот холеный бородач решил таким образом разыграть свою партию и перехватить инициативу, то у него почти получилось. Нгата почти повелся и даже успел пожалеть, что поспешил и нанес визит первым. Наверняка, стоило подождать часик другой и эти ребятки сами заявились бы в гости. Жаль, что теперь он этого не узнает.
- Ничего ценного в последнее время не терял? - чтобы не ходить вокруг да около, сразу же перешел к делу маори и, пощурившись на бородача еще немного, перевел взгляд на стоящего далеко за его спиной парня с такой помятой рожей, что запах его крови мерещился даже на расстоянии. Ему явно не помешала бы помощь специалиста с медицинским образованием. Сэмми уже давно и без всякого приказа порхала бы над ним, приводя в порядок и спасая от неприглядных шрамов его смазливую мордаху. Была у нее некоторая слабость к красавчикам.
- Это мои что ли тебя так отделали? - Ронго деланно покачал головой, цокая языком, как строгая мамаша, потом снова перевел взгляд на большого босса и оскалился. - Ну, чтож ты так сурово-то с парнем? Он же не виноват, что не укараулил девочку. Она миленькая, кстати. Плоская, правда, не люблю таких, но миленькая.
На этом он решил остановиться и позволить противнику сделать ответный ход.

+7

12

С трудом подавив желание оглянуться и посмотреть на Кинкейда, ставшего объектом внезапного внимания и еще более внезапного сочувствия со стороны дикаря, Торн пару раз сжал и разжал кулак. Сбитые костяшки ныли, а кожу на месте ссадин противно пощипывало. Торну вдруг захотелось подойти к поручню моста и зачерпнуть наросшего на нем снега, чтобы протереть руки и лицо и умыться его колючим холодом, но он так и остался стоять столбом, невозмутимо глядя перед собой. Стой Падальщик чуть ближе к нему, точно заметил бы, как заходили желваки у него на скулах. Кел и сам не заметил, как стиснул зубы до скрипа, когда тот заговорил о Кире. Она была у них. До сих пор это было лишь предположением, наиболее вероятной версией из всех имеющихся в их распоряжении и единственной по факту, теперь же он знал это наверняка и содрогнулся от того ледяного холода, сковавшего сердце в груди. Из слов дикаря не было понятно, жива ли она, а даже если и жива, то не сделали они с ней что-нибудь такое, после чего ей самой расхочется жить. Она уже была на грани, стояла на краю пропасти и могла вернуться туда снова, только на этот раз его не было рядом, чтобы схватить ее прежде, чем она прыгнет. Торн почти физически чувствовал необходимость быть рядом с ней, оградить от всего плохого, уберечь. До этого самого момента это ощущалось слабыми позывными, теперь же стало острой необходимостью.
Он продолжал смотреть на Падальщика спокойным, почти равнодушным взглядом, но мысленно избивал его с еще большей яростью, чем Кинкейда. Все его существо требовало не просто избить ублюдка до смерти. Он искренне хотел уничтожить его, растоптать, растереть по асфальту как харчок и залить гудроном, чтобы даже следа не осталось. Но пока Киры не было рядом, он не имел права даже мечтать об этом.
- Ну, раз уж она так тебе не понравилась, почему бы не вернуть ее обратно? - с самым беспечным видом отозвался Торн, когда ему, наконец, удалось проглотить застрявшее в глотке ругательство. Он даже улыбнулся, но только одними губами. Глаза продолжали смотреть бесстрастно, словно их обладателя едва ли интересовало происходящее. Торн научился этому взгляду уже давно и за годы работы среди финансистов довел до совершенства, как и пренебрежительный тон, который включился сам собой.
- Правда, если с ней что-то случилось... - он покачал головой и коротко зыркнул на падальщика. - Порченый товар возврату не подлежит. Это все знают. Даже такие твари как вы.
Последние слова вырвались против воли. Они еще только начали ходить вокруг да около, а Торну уже надоело. Первое правило торгов - никогда не выказывай свое нетерпение. И он готов был его нарушить, только бы узнать, что с Кирой все в порядке. Налетевший с Ист-Ривер пронизывающий до костей ветер немного остудил его пыл. Торн огляделся по сторонам, словно прикидывал, как скоро ему наскучит окружающий его пейзаж, после чего чуть повернул голову и обратился к стоящим за его спиной ребятам.
- Сигареты у кого есть?
Первым опомнился Джо, у которого желание угодить белому господину было в крови. Он подошел к Торну и протянул ему пачку сигарет, а когда тот взял одну, услужливо подставил зажигалку и даже прикрыл ее рукой, чтобы большой босс мог спокойно подкурить, несмотря на завывающий на мосту ветер. С наслаждением затянувшись, Торн отправил Джо кивком обратно в строй и вновь посмотрел на падальщика.
- Девчонка бесспорно дорогая. Потому просто назови свою цену, - сделав еще одну затяжку, Торн поднял зажатую между пальцами сигарету и посмотрел на ее тлеющий кончик. - И давай без лишней трепотни, у меня дел невпроворот. Не до перекуров.

+7

13

Все таки этот бородатый хлыщ был хитер как целая прорва диких горных лисиц. Ронго залился противным шакальим смехом, запрокинув голову так, чтобы все смогли разглядеть розовое ребристое небо и крепкие коренные зубы без единой пломбы. Любой стоматолог получил бы бурный оргазм, случись ему проводить диагностический осмотр пасти такого породистого маори, как Нгата. Другое дело, что зубодер вряд ли дожил бы до этой процедуры в принципе, да и присутствующим в этот знаменательный день на этом гребаном мосту просто повезло узреть эту холеную пасть в настолько распахнутом виде. Падальщик прекратил ржать так же резко, как и начал. Он просто в какой-то момент замолчал, закрыл рот с глухим клацаньем зубов и уставился на бородача злым взглядом.
- Ой, да ла-адно тебе, - протянул Ронго и, сменив интонацию, передразнил: - Такие твари как вы... - фыркнув, Нгата оскалил зубы и сделал незначительный шаг вперед, стоящие на стреме стрелки даже не обратили на это внимания. - А вы разве не твари? Ну там твари божии или что-то вроде, не? Или ты не из тех кретинов, стукнутых в голову религией?
Бледнокожий лицемер, казалось, его и не слушал вовсе, только покуривал в свое удовольствие и строил из себя такую деловую колбасу, что аж зубы сводило от желания перегрызть ему глотку без наркоза. Но что-то в нем определенно изменилось. Что-то во взгляде. Ему явно надоело мериться с падальщиком тем, чем они тут все это время мерились. Гонором, выдержкой, суперспособностью изображать пофигизм несмотря ни на что. Один хрен, на самом деле. Это могло продолжаться до вечера или до утра нового дня, но у девчонки столько времени не было. Ронго об этом позаботился.
- И в мыслях не было тратить время такого важного человека. Что вы, что вы... - в приступе деланного раболепства Нгата изобразил испуг, замотал головой и затряс руками как старый маразматик. - Потому не буду тянуть кота за яйца. Животинка и так уже пострадала изрядно.
Прогулявшись по вытоптанной им самим тропинке туда-сюда и как будто раздумывая, с чего бы начать, а на деле мучая несчастную животинку, которую до этого обещал пожалеть, падальщик вновь остановился напротив бледнолицего и встал в позу, выпрямившись во весь свой незначительный рост и расправив плечи. Эффект значительности ему был не нужен, у него была взрывчатка под полушубком, а этого вполне хватало для того, чтобы чувствовать свое превосходство, но что-то первобытное внутри требовало задрать нос перед этим цивилизованным ублюдком и показать, что он тоже не лыком шит.
- Твои люди не так давно зачистили одно снежное местечко в центре. Клубец один популярный для крутых белых вроде тебя. Там еще в подвале колумбийцы свой товар паковали перед сбытом, да местных прикармливали остатками, чтобы приходили почаще. Я знаю, сам частенько отоваривался. Качественная отрава. Вот я и подумал, что не плохо было бы поделиться добром. Ну, скажем... - он воздел очи к небу, прикидывая. - Сколько там весит твоя цыпочка? Килограмм пятьдесят? Нормальная цена, как по мне. Нет? Но мы, конечно же, можем поторговаться. Времени у меня завались и еще останется, а вот у девочки твоей...
Он развел руками с таким видом, словно собрался, если этот конкретный бледнолицый откажется, пойти к другому порогу с этим же предложением и попытаться счастья там. Прямо как коммивояжер какой-то. И пусть порогов в Нью-Йорке с недавних пор значительно поубавилось, шанс сбыть девчонку с рук все равно был довольно таки высок. Чистенькая, молоденькая, явно не какая-то расхожая потаскушка, на которой пробы ставить негде. С руками и ногами оторвут, как пить дать. А если скормить ее мертвякам так это получится очень даже буквально. При мысли об этом Нгата так кровожадно ухмыльнулся, что стоящие по бокам от ворот стрелки беспокойно зашевелились.

Отредактировано Ро Нгата (22-07-2016 18:09:38)

+6

14

Все шло как по накатанной, по той самой накатанной снежной дорожке, которую не так давно, подобно всезнающему пророку, предрек Гейдж. На этот раз Торн не сдержался и оглянулся на стоящих позади него парней, одарив их кривой ухмылкой. Неважно, что та все равно частично затерялась в усах и дыму от сигареты, так и не добравшись до адресатов, поощрения им все равно не видать как своих ушей. Особенно Кинкейду. Откровенно говоря, Торн не до конца удовлетворился, начистив ему рыло, но пока в его голове не было места мыслям об этом. Кортес занимала все, включая самые отдаленные и обычно пустующие уголки, даже в контексте соответствующего ее весовой категории количества необходимого для выкупа кокаина. Он с трудом мог представить сколько это в плотных как кирпичи пакетах, перед глазами мельтешила только тонкая и гибкая фигурка Киры, в которой и пятидесяти килограмм-то не наблюдалось.
- Сорок восемь вообще-то, - с усмешкой отозвался он на рассуждения падальщика. - И это она еще поднабрала веса.
Ему вообще-то было плевать, он был готов отдать и пятьдесят килограмм, и шестьдесят, и целый центнер, но дикарю об этом знать было совершенно не обязательно. Не спеша докурив сигарету, Кел бросил бычок себе под ноги и затоптал, после чего запрокинул голову к серому, набрякшему непросыпанным еще снегом небу и глубоко вдохнул, прикрыв глаза, словно был не на мосту почти наедине с дикарем, который наверняка сегодня завтракал каким-нибудь неудачником, а стоял на берегу океана в полнейшем одиночестве, наслаждаясь тишиной. Он не собирался торговаться и не собирался сбивать цену. Все, чего он хотел, это вернуть Киру себе, запереть в самой высокой башне и больше никогда не отпускать. Нужно приставить к ней охрану, подумал он вдруг, хоть ту же Торрес. Уж она-то точно никому не позволит приблизиться к девчонке и тем более причинить ей вред.
- Пятьдесят, так пятьдесят, договорились, - кивнул Торн после затянувшегося молчания и глянул на свои наручные часы. - Через два часа на том самом месте, где вы ее забрали. Очень надеюсь, что она будет в том же виде, в котором была до знакомства с вами. Если с ней что-то будет не так... - он красноречиво посмотрел на Падальщика и после многозначительной паузы добавил: - ...на сотрудничество не рассчитывай.
На этом он решил завершить аудиенцию. Больше им все равно говорить было не о чем. Без лишних слов и ненужных в данном случае прости прощай Торн развернулся и направился к воротам. Парни продолжали стоять в напряженных позах, не шевелясь и глядя на дикаря так, словно ждали от него чего-то вроде брошенного в спину камня или как минимум плевка, но стоило Торну пройти мимо и пересечь границу блок-поста, как они отмерли и по одному последовали за ним. Ворота сомкнулись с глухим шорохом, и Торн встал столбом, глядя перед собой остекленелым взглядом.
- Сигарету? - ему даже не пришлось оглядываться на Джо, тот тут же полез в карман и спустя менее двадцати секунд, Торн снова дымил, жадно затягиваясь. Остальные стояли рядом, молчали и как будто чего-то ждали, но говорить Кел начал только после того как докурил сигарету до фильтра и сплюнул горькую слюну. Две подряд даже для него явный перебор.
- Джо, возьми с десяток ребят и поезжайте к этом бутику, Патрик скажет куда, убедись, что там нет засады и расставь стрелков на крышах ближайших зданий, - он посмотрел на Кинкейда и прошел мимо него к машине. - Нельзя, чтобы они застали нас врасплох еще раз.
Мысленно он порадовался, что наконец-то снова может думать о чем-то кроме Киры. Нужно продумать все до мелочей, предусмотреть все возможные огрехи и провести этот раунд на высшем уровне. В конце концов с кем он имеет дело? С кучкой дикарей, которые едва ли знают, как правильно пишется слово «стратегия». Однако, что-то ему подсказывало, что оставшийся по ту сторону ворот тип не из тех, кого стоит списывать со счетов.

+7

15

Нет, торговаться этот тип явно не собирался. Не в этом вопросе. Нгата зорко наблюдал за всеми мимическими метаморфозами этого суперзанятого и делового воротилы из Куинса, но так и не смог ничего толком разобрать на его лице. Мешала борода, дым от сигареты и разделяющее их расстояние. Но в одном падальщик мог быть уверен - девчонка была ему нужна не только живой, но и невредимой. Чтож он это предусмотрел, оставив ее в одиночке, ключ от которой был только у него. Было чертовски странно обнаружить камеры, запирающиеся на ключ, в такой продвинутой плавучей тюряге, как центр этого гребаного Вернона Си Бэйна, где все вплоть до слива в сортире было автоматизировано, но это оказалось чертовски кстати. С таким количеством больных на голову извращенцев, что тусовались на барже, стоило приставить к камере парочку особо голодных до человеческого мяса псин для полного душевного спокойствия. Странно, что эта мысль пришла ему только сейчас, когда подтвердилась его догадка на счет того, что физическое благополучие предназначенной на обмен дичи имеет нехилое значение. Ведь он знал об этом раньше, еще с тех пор, как имел сомнительное удовольствие вести дела с бритоголовыми.
Припомнив, что девчонка была без сознания от удара по голове, когда ее привезли, Ронго мысленно сам треснул себя по голове за то, что не догадался послать к ней Сэмми с ее всемогущей аптечкой. Но ничего, за два часа она не только приведет девчонку в норму, но и наведет достаточно презентабельный вид, в этом Нгата не сомневался. Он вообще перестал сомневаться в Саманте, это вышло само собой и так незаметно, что он как-то упустил тот момент, когда эта покорная сучка стала едва ли не самым надежным человеком в его окружении.
- Как будет угодно большому боссу, - лучезарно улыбаясь, Ронго хлопнул в ладоши и развел руки в стороны, словно собирался закрепить заключенный договор крепкими, дружескими объятиями. Конечно же, не собирался. Можно было не сомневаться, что стоило ему сделать крохотный шаг к бородатому пижону или хотя бы чихнуть в его сторону, как его изрешетят в ту же секунду. Умирать молодым маори не собирался и потому, терпеливо выждав, пока серьезный как сердечный приступ мужик скроется со своей свитой за воротами, стер с лица беспечную ухмылку и прямо на глазах бдительно следящих за ним стрелков-привратников распахнул свой полушубок и вдернул проводки из взрывателя у себя на груди.
- А я так надеялся... - с нарочитой тоской вздохнул Ронго и, помахав стрелкам, выпавшим в осадок от его выходки, развернулся и направился прочь от блок-поста, неспешно вышагивая вразвалку и время от времени пританцовывая на слышную ему одному музыку. Все вышло в точности так, как он рассчитывал, так к чему горевать? И тем не менее его не оставляло ощущение, что он что-то упустил. Что-то такое, что могло бы принести ему еще пятьдесят килограмм кокса и свернутую трубочкой сотку баксов в придачу. Сейчас, конечно, уже было поздно для подобных мыслей, но любопытство всегда было ахиллесовой пятой Ронго. Он маялся этим вопросом, отсчитывая каждый шаг
По мере того, как он отдалялся от места встречи, из-за ближайших к мосту зданий, узких проулков и закутков показывались другие падальщики. Они словно нарочно спешили показаться в зоне видимости привратников, наводняя пустую заснеженную улицу как грязные помойные тараканы. Они и были тараканами, неистребимыми паразитами Нью-Йорка, который уже никогда не станет прежним. Никто из них не задавал вопросов, никто не интересовался, как все прошло, всем было глубоко насрать, чем завершилась встреча, которую их главарь так долго ждал. Им было достаточно того, что он сейчас шел посреди улице, а не валялся в виде ошметков посреди эпицентра взрыва.

+7


Вы здесь » Year 2013: Dawn of the dead. » Страницы истории » 25.12.2013. Give me back my legions, or give me control