Year 2013: Dawn of the dead.

Объявление


Сюжетное:
Что ты забыл здесь?
Возможно, если простой вопрос заставил задуматься, лучше спрятаться под одеяло и дальше верить в то, что руки живых мертвецов не раздерут его вместе с твоей кожей. Однако не стоит забывать, что безысходность и отчаяние приносят порой гораздо большую боль, чем физическая, а живые зачастую гораздо опаснее и страшнее мертвых.
Ты боишься? Хорошо. Значит, ты все еще жив.

Специально для гостей и потенциальных участников форума сообщаем, что в связи со спецификой хоррор-тематики и по правилам данного проекта игра и ее чтение предназначены для лиц, достигших 18 лет.

Игровое время и погода:
25 декабря 2013 года - 25 января 2014 года. Прохладно. Температура не поднимается выше 10° по Цельсию днем и редко падает ниже -10° ночью. Холодный пронизывающий ветер с залива время от времени нагоняет тяжелые снежные облака. Частые снегопады и метели.
В игре:
Говорить с Кирой о доверии было как-то по-особому странно, словно Торн не имел права затрагивать эту тему, но был вынужден в силу обстоятельств. Именно доверие, ее доверие он пытался заслужить все это время, вытанцовывая на периферии ее существования, как все чаще зримый, нежели незримый покровитель. Кел уже не задумывался, зачем ему сдалось это такое хрупкое и непостоянно явление, как доверие девчонки, которую он почти в буквальном смысле получил в наследство от Монтойи. Оно ему было нужно и все тут. Остальное не имело значения. Лифт остановился, не причинив своим пассажирам никакого дискомфорта, и створки разъехались в стороны. Торн вышел первым, но потом пропустил Киру вперед и проводил ее через холл к распахнутым настежь дверям. Он провел в этих апартаментах довольно много времени, но никогда прежде роскошь этого места не казалась ему настолько ослепительной, как сейчас, когда все наконец-то было сделано и никто не суетился на территории, которую он уже считал своей.

Новости форума:
Форум перешел в камерный режим. Подробнее.
Правила | Сюжет | Зомби | Гостевая | Шаблон анкеты | Быстрый и мертвый | Поиск персонажей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Year 2013: Dawn of the dead. » Страницы истории » 20.11.2013. In the land of gods and monsters.


20.11.2013. In the land of gods and monsters.

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Участники: Саманта Локвуд, Ро Нагта.
Место действия: Куинс.
Самый большой по территории район Нью-Йорка. Второй по плотности населения. Расположен на острове Лонг-Айленд и омывается Атлантическим океаном. Район традиционно считается одним из более «пригородных» районов Нью-Йорка. Почти все дома в Куинсе пятиэтажные.

0

2

20 ноября 2013 года, полдень

Потрепанный и неповоротливый фургон полз по улицам Куинса, как улитка, лениво и несмело, оставляя после себя влажный след на слегка присыпанном снежной крошкой асфальте. Они что-то повредили, когда были вынуждены проехаться по тротуару, объезжая затор на последнем перекрестке. Бензин или, возможно, масло оставляло неровную темную дорожку, тонкую как нить, между широкими следами колес. Никто пока еще не заметил, тем более те девушки, что должны были стать товаром. Саманта лежала в углу, прижав колени к груди и уткнувшись лицом в грубую обивку салона, и пыталась поспать. Обычный здоровый сон часов на восемь был роскошью, которую она не знала в последние месяцы. Всегда что-то мешало. Сейчас ей тоже мешали спать, но к этой помехе она уже успела привыкнуть и не обращала внимания на короткие всхлипы и вздохи по соседству, буквально на расстоянии вытянутой руки. Это были Нэнси и тот парень, что появился среди бритоголовых совсем недавно. Кажется, его имя было Джонатан, но отзывался он на краткое Джо. Он только-только начал привыкать к тому, что женщин бритоголовые держали только ради секса и обмена, и не успел распробовать всех рабынь, потому и решил наверстать упущенное по дороге, пока их не продали. Нэнси, пятнадцатилетняя школьница, совсем еще ребенок с россыпью наивных веснушек на курносом носу, стонала под взрослым мужиком, закусив кулак. Ей было больно и это не укрылось от сидящего рядом с водителем Лекса, самого главного в группировке скинхэдов Квинса.
- Эй, полегче с ней, испортишь, - лениво и без особого энтузиазма обратился он к Джо, но тот уже был готов кончить и только усилил натиск на бедную девочку. Она громко вскрикнула, когда насильник в последний раз толкнулся ей между ног, и спешно одернула платье, закрываясь до самых щиколоток, едва мужчина скатился с нее. Наблюдавшая за действом с самого начала Тереза, как истинная «Тереза», помогла Нэнси привести себя в порядок, но не проронила ни слова, когда девочка тихо заплакала, спрятав лицо в согнутый локоть. Все они через это прошли.
- Так, кто у нас следующий? - деловито поинтересовался Джо. Сэм почувствовала его горячую лапу у себя на бедре, но не успела как-то среагировать. Более жесткий окрик Лекса заставил лапу исчезнуть, оставив только быстро остывающее воспоминание, забравшееся, казалось, под самую кожу. Сэм боялась вдохнуть, не то что пошевелиться.
- Да я же быстро.
- У них должен быть товарный вид.
- Я аккуратненько, - попытался оправдаться Джо, но главарь был непреклонен.
- Хватит, я сказал!
На этом инцидент был исчерпан. Коротко вжикнула молния, зазвякала пряжка ремня, зашуршала одежда, но стоило Саманте облегченно вздохнуть, как ее ягодица загорелась от болезненного шлепка.
- Не я, так кто-нибудь другой, да кукленыш? - от его мерзкого смешка Сэм скривилась, но потом Джо тихо добавил то, от чего ее пробрало ледяным страхом до самых костей. - Я слыхал, они девок трахают, а потом съедают.
Хорошо, что в этот самый момент фургон подскочил на очередном ухабе и остановился. Никто, даже Джо, чье внимание было приковано к чему-то, что он видел через лобовое стекло фургона, не обратил внимания на то, как Сэм резко развернулась и уставилась на него испуганным взглядом. Ей и остальным сказали, что их меняют на оружие, всего навсего, но никто и словом не обмолвился, что они пойдут на корм каннибалам. Сэм слышала о них, но слишком боялась поверить, как в страшную сказку. Не мог же Нью-Йорк, столица всего мира, столица цивилизации, в конце концов, за какие-то три месяца превратиться в дикие джунгли с людоедами. Этого просто не могло быть.

+7

3

Снежок сыпал размеренно, но непрерывно вот уже где-то полчаса, и Ронго, вальяжно возлежащий на капоте побитого и помятого военного джипа, успел покрыться тонким слоем ослепительно белой крошки. Несмотря на порывистый ветер, угрожающе завывающий среди высоток Куинса, ему было тепло. Ларс то и дело прогревал двигатель у него под задницей, да и дубленка грубой работы надежно охраняла теплолюбивого маори от холода. Однако, он все равно то и дело подрагивал мелкой дрожью, которая не имела к погодным условиям никакого отношения.
- Это восхитительно, - время от времени пораженно вздыхал Ронго себе под нос, ломая брови в экстазе. Он не открывал глаз, он был полностью поглощен в музыку, что изливалась в его уши из простеньких вакуумных наушников. В одной его руке был зажат автомат, а в другой новенький айпод, который он случайно нашел в бардачке. Кто бы ни был хозяином этой видавшей виды тачки, вкус к музыке у него был самый что ни на есть изысканный. Бетховен, Вагнер, Брамс, немного Моцарта и даже слащавый Дебюсси. Ронго слушал подборку и неосознанно дирижировал дулом автомата, заставляя тех, кто попадал в прицел, слегка напрягаться.
Их было пятеро, точнее только пятеро оставались на виду. Где бы Падальщики не находились, почти всегда действовал тараканий принцип, то есть сколько бы ты их не насчитал, на самом деле их намного больше. В два, в три или в четыре раза - зависит от ситуации и степени настороженности Ронго. Его инстинкты были на уровне дикаря с самого рождения и теперь, когда хваленая цивилизация мирно догнивала, это было ему на руку. Хотя конечно же такие вещи как хорошая выпивка, кинематограф и та же музыка, все еще отзывались долей трепета в маленьком черном сердце выходца из Новой Зеландии.
- Ро? - осторожное прикосновение к виляющей из стороны в сторону в такт музыке ноге, заставило Падальщика разлепить глаза и недовольно покоситься на альбиноса. Вместо ответа тот кивнул в сторону приближающегося фургона.
- Наконец-то, - Ронго живо соскочил с капота и, выдернув наушники, аккуратно повесил их на шею. - Я прям заждался.
Действительно ведь заждался. Это было почти первое свидание. Конечно, ради такого дела стоило хотя бы майку поменять или кровь из под ногтей вычистить, но Ронго был не из тех тщеславных людей, которые ради бабы готовы на подобные жертвы. Он был из тех людей, которые ради бабы готовы пожертвовать целым ящиком автоматов Калашникова, тем более что баба эта была особенной. Так, по крайней мере, говорил этот торчок Лекс. Гребаный белозадый нацист, чтоб ему.
Фургон неуклюже подкатил к месту встречи и встал в нескольких метрах от джипа. Ронго ждал, дружелюбно улыбаясь во все тридцать два крепких белоснежных зуба. Прошло еще несколько секунд. Его убойное обаяние просочилось в кабину фургона и заставило, наконец, сидящих там бритоголовых уторков договориться с собственными страхами и выйти. Лекса он узнал сразу же. Точащие уши делали его похожим на обезьяну, которую не удалось утопить в отбеливателе, а не на истинного арийца, на которого он стремился походить.
- Лекси, радость моя, ты опоздал на целых... - он бросил взгляд на Штибера, который следил за временем с немецкой одержимостью, и, получив от него короткий однозначный жест, удрученно зацокал языком. - Целых двадцать минут, друг. Это невежливо, знаешь ли. Не будь ты моим другом... - Ронго погрозил пальцем и расплылся в очаровательнейшей улыбке. - Я бы обиделся.
- Привез? - не обращая внимания на ужимки Падальщика спросил Лекс, напряженно поглядывая по сторонам. Помимо Ронго и стоящего за его спиной альбиноса он насчитал еще троих дикарей, лениво покуривающих в сторонке. Те же лица, что и в прошлый раз.
- А ты? - не сбавляя градуса обаяния поинтересовался Ро.

+7

4

Едва в теплое нутро фургона ворвался холодный воздух, Тереза и Ненси прижались друг к дружке, а Сэм села и попыталась застегнуть замок своей ветровки. В прошлый раз кто-то из насильников так торопился снять с нее эту незамысловатую одежду, что повредил замок, и молния теперь застегивалась очень капризно, то и дело разъезжаясь. Забавно получилось, она помнила тот момент в деталях, потому что очень расстроилась, ведь это была ее единственная более менее теплая одежда, но совершенно не помнила, кто именно это сделал. Кто бы это ни был, он сейчас должен был икать, потому что всякий раз пытаясь застегнуть испорченный замок, она мысленно ругала виноватого. Девушка была так поглощена этим занятием, что услышав незнакомый голос, обращающийся к Лексу неожиданно игриво и так радостно, словно он приходился его обладателю лучшим другом, застыла и удивленно вытянула шею, пытаясь рассмотреть говорившего. Ей это удалось только отчасти. Какой-то смуглый мужчина закутанный в мех выступил вперед, но в следующий момент весь обзор загородили широкие плечи Лекса, вставшего перед самым носом фургона, и Джо, почти прилипшего к лобовому стеклу изнутри. Эдди - водитель, и Бруклин еще один бритоголовый, настоящего имени которого никто не знал, подходить к каннибалам ближе не рискнули и зависли чуть в стороне, держа оружие на виду. Сэм успела зацепиться взглядом за бледное лицо еще одного мужчины. Высокий блондин, стоящий у военного джипа, казался изваянной из мрамора статуей, такой белой была его кожа. Альбинос, решила Саманта.
- Господи... какие они страшные.
Шепот Нэнси был едва различим, но каким-то образом Джонатан ее услышал и, обернувшись, криво усмехнулся:
- Теперь тебе до конца жизни буду сниться только я, детка. Твой последний красавчик.
Оклик Лекса стер самодовольную улыбку с его лица. Он едва не вывалился из фургона через дверцу кабины, спеша к своему главарю, и только чудом не навернулся на заледенелой луже, скопившейся у тротуара. Все это выглядело так нелепо, что даже Нэнси, все еще подрагивающая от пережитого насилия, не сдержала улыбки. Было плохо слышно, что именно сказал Лекс, но в ту же секунду Джо поспешил к задней части фургона и резко распахнул двойные дверцы.
- Выходим, девочки, - скомандовал бритоголовый и пленницы покорно стали вылазить из теплого нутра машины на холод, с трудом передвигая затекшими ногами. Пронизывающий ветер тут же забрался Сэм под свитер, заставляя ежиться и буквально трястись от холода. Она обхватила себя руками в тщетной попытке хоть как-то согреться и, повинуясь направляющим тычкам, побрела вместе с остальными к месту обмена. Теперь она могла рассмотреть незнакомцев без помех и в первый момент недоверчиво нахмурилась. Мужчина в полушубке, оказавшийся к тому же обладателем необычной прически и большого шрама, рассекающего его череп от брови до затылка, приветливо улыбался, сверкая удивительно белыми крепкими зубами. Он был слишком смугл для представителя белого населения Америки, и Саманта решила, что, возможно, он из латиноамериканцев, а то и из индейцев-полукровок. Скорее всего второе, потому что это хоть как-то объясняло его кулинарные предпочтения. Сэм не могла не думать об этом, как бы дружелюбно незнакомец не улыбался.
- Три телки, три ящика, - заговорил Лекс. - Все, как договаривались.
Странно было слышать, как обычно словоохотливый мужчина чеканил слова, как будто боялся сболтнуть лишнего. От Саманты не укрылось так же упрямое нежелание Лекса смотреть Падальщику в глаза. Она исподтишка поглядывала на незнакомца и тут же отводила глаза в сторону, когда ей казалось, что он вот-вот посмотрит на нее. Так страшно ей не было уже очень давно.

+7

5

- О, я прекрасно помню, как мы договаривались, - разулыбался Ронго еще шире, разглядывая трех женщин, только одна из которых была той, кто ему был нужен. - Одна телка, один ящик. А ты приволок мне гребаное стадо. Ты точно уверен, что не еврей? Неплохой ход, Лекси, очень неплохой, я бы даже сказал, по-еврейски хитрый.
Несложно было догадаться, что теперь Ронго должен был пойти на поводу у бритоголового торгаша и выложить за трех баб положенные три ящика, а потом уже разбираться, кто из них та самая врачиха, которая была ему нужна. Очень нужна, просто чертовски нужна. За три месяца от пустяковых ран, царапин и банальной простуды перемерло слишком много его людей, некоторые хворали до сих пор. Изнеженные западные выкормыши были не приспособлены к выживанию в тех условиях, в которых жили Падальщики. Сам Ронго прекрасно обходился без антисептиков, бинтов и антибиотиков, когда славливал пулю или получал перо под ребро. Его привычный к грязи и антисанитарии организм знал как бороться с инфекциями, в то время как остальные, не все, конечно, но многие, могли слечь с лихорадкой, просто наступив на ржавый гвоздь. Слабаки. Из-за них он связался с этим белым дерьмом и стоял тут этим дивным утром, делая вид, что готов к диалогу.
- Мне нужна одна, - напомнил Падальщик, не переставая улыбаться. - Та, о которой ты мне говорил. Врачиха.
То как дернулась голова Лекса, как дрогнул его кадык и побледнело и без того белое как полотно лицо, не укрылось от Ронго. Люди те же звери, просто научились говорить, но повадок, выдающих их эмоции и намерения не утратили. Ронго умел читать эти повадки, распознавать и угадывать то, что у человека на душе, и сейчас он отчетливо видел, что парень нервничает и опасается, что потаскушки заговорят сами. Может и заговорят. Падальщик хитро сощурился и неспешной походкой слегка пьяного морячка приблизился к живому товару, разглядывая женщин одну за одной. Едва стоящую на ногах растрепанную девчонку, от которой разило недавней еблей, он забраковал сразу же, не походила она на квалифицированного врача, да и возраст ее был однозначно неподходящим. Малолетка натуральная. Бросив на Лекса умильно-укоризненный взгляд, мол, чтож ты меня совсем за дурачка держишь, Ронго перекочевал к следующей. Пухлогубенькое, кукольное личико и испуганные темные глаза, которые девка упрямо отводила в сторону вкупе производили приятное впечатление. Падальщик намотал на палец прядку ее волос, потянул на себя, заставляя худосочную бабенку накрениться в его сторону, и принюхался к чужому запаху. Бинго! Помимо запаха молодого пота и страха от потаскушки отчетливо тянуло какой-то медицинской химией. Дальше можно было не гадать, но Нгата втянулся в эту игру и хотел довести ее до конца, заодно как следует проучив бритоголовою шваль, решившую обдурить Падальщика. Грубо прихватив молодую женщину за подбородок, он заставил ее посмотреть ему в глаза и довольно прицокнул языком. Последняя бабенка на вид была постарше предыдущей. С усталым лицом, немного запавшими глазами и грязными волосами, заплетенными в неаккуратную косу, она больше всего походила на врачиху, но от нее пахло только грязным телом и почему-то машинным маслом. Точно не врачиха, хотя сиськи под тонкой куртенкой вырисовывались немаленькие.
- Знаешь, Лекси, друг мой, я бы взял их всех и охотно отдал бы за них три ящика, если бы ты предупредил меня заранее, что притащишь не одну сучку, - разглагольствуя на всю улицу, Ронго обошел товар со спины и, потеснив стоящего рядом с ними парня, сделал вид что разглядывает женские задницы. - Проблема в том, что я привез только один ящик, а значит могу тебе заплатить только за одну женщину. Ты облегчишь нам обоим жизнь, если скажешь какая из этих симпатичных попок умеет не только трахаться, но и оказывать медицинскую помощь.
С этими словами он прихватил ты самую правильную попку и сжал пальцами аппетитную упругую мякоть. Роль недогадливого дурачка ему не шла, да и не претендовал Нгата на золотую статуэтку, но как не покривляться, когда публика такая благодарная.

+7

6

Этот человек, кем бы он ни был, пугал Саманту больше чем кто-либо раньше. Не особо высокий, но и не низкий, не слишком большой, но и не маленький, даже стоя на довольно большом расстоянии, он излучал такую энергию, что по спине у нее побежали мурашки. Его взгляд, брошенный вскользь, давил как бетонная плита, и это заставляло Сэм сутулиться и втягивать голову в плечи. Похоже, на Лекса, да и на остальных бритоголовых он производил такое же впечатление. Никто не смотрел ему в глаза и никто не поворачивался к нему спиной. Бросив осторожный взгляд через плечо, на стоящего чуть позади женщин Джо, Саманта заметила, что он сжимает в руке какое-то оружие. Нервные пальцы так и перебирали по влажной рукояти. То же было с остальными, с Бруклином и Эдди. Руки Лекса были пусты, но это не значило, что он безоружен. Каким-то потаенным чутьем, девушка ощущала, как холодный воздух на этой заснеженной улице Куинса начинает нагреваться. Она ожидала взрыва сверхновой вот-вот, как только незнакомец заговорил о евреях, но вопреки ее ожиданиям Лекс промолчал, только стиснул челюсти так сильно, что на скулах у него заходили желваки. Может быть обойдется без шума, может быть их просто поменяют на оружие и все. Сэм почти поверила в эту возможность, когда незнакомец с ирокезом сказал то, от чего она окаменела, а стоящие по бокам от нее Нэнси и Тереза едва заметно пошатнулись.
«Господи, ему нужна я! Одна только я! Зачем? Зачем?!»
Саманта боялась сглотнуть, так как полагала, что с ее пересохшим от волнения и страха горлом то получится очень громко и привлечет внимание. Однако это стало неважным, когда Падальщик подошел ближе, желая рассмотреть товар получше. Сэм замерла, застыла, опасаясь как-то себя выдать. Она вдруг поняла, что не хочет ничего менять в своей жизни. Пусть будут бритоголовые, пусть ее трахают всей толпой, пусть она будет голодать и жить в подвале, только не людоеды, только не этот дикарь. Он был совсем близко, и девушка увидела на его шее настоящее дикарское ожерелье из звериных зубов и каких-то костей, возможно человеческих. Ей пришлось сильно скосить глаза, чтобы убедиться в правильности этой догадки, а когда он подошел к ней, она уставилась в трещину на асфальте под ногами Лекса, только бы не видеть незнакомца. Этого оказалось недостаточно. Он был слишком близко, она чувствовала исходящее от него тепло и запах шкур его полушубка, и внезапно разобрала знакомую мелодию, едва слышную из наушников, что висели на его шее. Это был Моцарт. Этот дикарь слушал Моцарта. Удивление было настолько сильным, что Саманта не обратила внимание на его манипуляции с ее волосами и чуть не навалилась на него, когда он потянул ее на себя, а потом схватил за подбородок. Было мучительно сложно заставить себя посмотреть ему в глаза, но Сэм сделала это, медленно и нерешительно скользнув взглядом по его лицу. Казалось бы обычные карие глаза, но девушке они показались ненормальными, какими-то слишком живыми и обжигающими, как огонь. Она видела такие у тигров в зоопарке. Когда он ее отпустил и перешел к Терезе, Сэм была уверена, что он знал, что врач именно она. Это подтвердилось, когда, оказавшись за их спинами, он схватил за задницу именно ее.
- Я могу подождать, пока твои люди сгоняют за еще двумя ящиками, - неожиданно громко заговорил Лекс. - Более того, я настаиваю на этом.
Короткий взгляд адресованный стоящему рядом с Падальщиком Джо спровоцировал движение по всему небольшому пятачку этой маленькой ярмарки. Парень отступил от дикаря на шаг, уходя ему за спину, и наставил на него свой автомат, стоящие в стороне и, казалось бы, совершенно безучастные Эдди и Бруклин взяли на мушку троих Падальщицов, а сам Лекс наставил на альбиноса скрытый в рукаве куртки обрез.
- Я уеду отсюда только с тремя ящиками оружия. Это мое последнее слово, - громко, чтобы слышали все, проговорил бритоголовый и впервые за все это время посмотрел на Падальщика напрямую. Саманта была готова поспорить, что в этот же момент он пожалел о том, что все это затеял.

+7

7

Ронго всегда любил решительных людей. Таких, которые не боялись рисковать, даже если риск этот был заведомо проигрышен и не сулил ничего хорошего, кроме разве что быстрой и безболезненной смерти. Лекс этого не знал. То есть он не знал, что его план разжиться тремя ящиками калашей был фуфлыжным. Зато знал Ронго. Откуда? Да просто первоначальный план Лекса разжиться одним только ящиком тоже был фуфлыжным и в джипе у Падальщиков на данный момент не было даже рогатки, не то что автоматов. Именно поэтому Нгата продолжал щупать округлую попку смазливой врачихи как ни в чем ни бывало и ухмыляться, глядя на Лекса, как на смешную зверушку в зоопарке. Остальные тоже никак не отреагировали и продолжили смолить свои вонючие цигарки, хотя Штибер, кажется, слегка потемнел лицом. Такое с ним случалось время от времени, и Старый Квилл поговаривал в такие моменты, что это к перемене погоды. Снежок меж тем продолжал посыпать район ровным слоем белизны.
- Вот что, Лекси, детка, - Ронго в последний раз огладил женскую задницу, ущипнув напоследок, и под бдительным присмотром Джо развел руки в стороны, показывая, что в них ничего нет. - Пожалуй... да, пожалуй, я не буду тебя убивать. Нет, правда, не буду. Я, знаешь ли, не любитель вот так просто спускать чужую жизнь в сортир. Слишком уж это легко и просто, прямо скажем, незаслуженно просто. Смерть еще нужно заслужить. Вот ты когда-нибудь считал свои грехи? Или может записывал? Нет? Я так и думал. Вы, белые, придумали себе бога, наверное, только для того, чтобы потом накласть на него семь куч, а грехи-то между тем капают. Вот скажи мне, только честно, скажи сколько раз ты трахал эту куколку, не спросив у нее разрешения?
Слишком быстро, чтобы хоть кто-то хоть как-то смог отреагировать, Ронго прихватил стоящую к нему спиной бабенку за горло и прижал к себе спиной, прижимая второй рукой так плотно, как если бы вздумал закутать ее в свой полушубок. Вместо этого он лишь широко лизнул ее в щечку, прощупал ладную фигурку и негромко мурлыкнул на ушко.
- Или может сама скажешь? Сколько раз наш Лекси засаживал в тебя своего мини-нациста без спросу? - из горла вырвался заливистый шакалий смех, который Ронго заглушил, упрятав лицо в растрепанных волосах женщины. - А сколько раз он говорил тебе за это спасибо? Хоть раз говорил? Нет? Ни разу? Вообще, вообще?
Сделав вид, что ответы были им получены, Ронго разочарованно зацокал языком, закачал головой и  погладил свободной рукой девушку по голове, не сводя при этом укоризненного взгляда с Лекса. Кто-то из Падальщиков, докурив сигарету, отбросил ее в сторону и смачно схаркнул себе под ноги. В напряженной тишине этот звук оказался таким громким, что Ронго невольно покосился в сторону своих приятелей.
- Некультурно, брат, чертовски некультурно. Тут же дамы, епт!
Падальщик пристыженно растер харчок подошвой, якобы заметая следы, чем вызвал очередной приступ шакальего смеха. Настроение как-то незаметно подскочило до высокой отметки, и Ронго, отпустив горло врачихи, просто обнял ее, сцепив руки у нее на груди.
- Так и быть, дружок. После всего, что между нами было, я отпущу тебя, - смилостивился Ро. - Можешь забирать своих ребятишек и валить восвояси. Девочек я оставлю себе в качестве компенсации за моральный ущерб. Ты ранил мои чувства, Лекси. Это было очень невежливо с твоей стороны, но я прощаю тебя. И мои парни тоже прощают тебя. Так ведь, а? Ребят?! Вы прощаете старину Лекси?!
Последнее он проорал на всю улицу и, едва эхо его крика стихло, с крыш ближайших домов послышалось улюлюльканье и смех. Все задрали головы, заозираись по сторонам и вскоре увидели, что засевших на крышах Падальщиков никак не меньше двух дюжин. Никто из них не отозвался на вопрос своего главаря, что могло означать только одно - прощения бедняге Лексу не видать как своих ушей.

+8

8

Зря Саманта надеялась, что с болезненным щипком все закончится. Она едва сдержалась, чтобы не взвизгнуть и пошатнулась, устояв на месте только чудом. Нэнси покосилась на нее и слегка посторонилась, чувствуя, что чем дальше она будет от Саманты, тем больше у нее шансов остаться без внимания. Сэм ее не винила, поскольку уже давно привыкла к тому, что в этой новой жизни теперь каждый сам за себя. Девушка застыла, напряженно прислушиваясь к тому, что говорил стоящий позади нее дикарь. Он вел себя так, словно это он был хозяином положения, а не вооруженные бритоголовые ребята, наставившие на него и его людей оружие. Сэм с нешуточным испугом оглядела тех, кто был в поле ее зрения, высокого альбиноса и троих дымящих сигаретами бродяг потрепанного вида, и с недоумением отметила, что выходка Лекса не впечатлила не капельки ни их, ни их словоохотливого главаря. Он оказался неплохим оратором. Девушка за эти три месяца настолько отвыкла от подобных разговоров, что едва поспевала за его мыслью. Она все еще растерянно хмурилась над его словами о боге и только готовилась осознать, что упомянутая, не единожды трахнутая куколка, это она сама, когда неожиданно оказалась прижатой к широкой груди мужчины и захрипела из-за грубо схватившей ее за горло руки. Хватка была под стать ему - цепкая, хищная, неумолимая. Если бы у него были когти, она бы сейчас истекала кровью из разорванного горла. Она была уверена, что на шее останутся синяки, когда он ее отпустит, если, конечно, вообще отпустит, но в следующий момент она забыла о такой глупости как синяки. Что-то мокрое и горячее оставило на ее щеке влажный след, который тут же захолодило на ветру, а последующее недвусмысленное ощупывание, издевательский смех и похабные вопросы заставили инстинктивно дернуться в попытке отстраниться. Саманта давно научилась спокойно реагировать на подобные «ласки» и на подобные слова. Или нет, даже не спокойно, а скорее покорно. Как никто она знала, что, если брыкаться и бунтовать, будет хуже, больнее и противнее. Но сейчас она не могла контролировать себя. Ее трясло, а губы шевелились в беззвучном:
- Пожалуйста... Пожалуйста, не надо...
Она могла бы ответить ему внятно, могла бы сказать, что именно Лекс был самым частым ее «гостем» и, вероятно, именно он был отцом ее так и не родившегося ребенка, что он вообще не говорил с ней, не то что благодарил, но дикарь, похоже, итак угадал почти все ее ответы. Пальцы отпустили ее бедное горло, Сэм порывисто и хрипло закашлялась, упустив из вида причину внезапного веселья дикарей. Цепкая хватка сменилась объятиями, не особо нежными, но неожиданно приятными, особенно после грубости. Саманта даже позволила себе поднять глаза и посмотреть на Лекса. Тот заметно спал с лица и нервно задергал уголком рта, недоумевая, какого черта этот дикарь с ирокезом его не боится. Все стало ясно уже спустя минуту, когда мнимое преимущество бритоголовых сменилось полнейшим психологическим нокаутом. Невзрачная группка из пяти Падальщиков неожиданно превратилась в стаю дикарей, которые вряд ли собирались отпустить несостоявшихся партнеров подобру-поздорову.
- Ладно-ладно, давай... давай будем считать, что я просто пошутил, хорошо? - Лекс опустил оружие, следом за ним это сделали и остальные. - Забирай их. Если хочешь, я тебе потом еще подгоню. Хочешь?
Он жестом приказал остальным своим людям вернуться в фургон и сам стал пятиться к нему, стараясь не упустить Падальщика из вида, словно ждал, что тот бросится следом, как бешеный пес, и перегрызет ему глотку. Ему удалось добраться до фургона и забраться внутрь без приключений, он даже вздохнул с облегчением, но потом, когда Эдди повернув ключ в замке зажигания, чертыхнулся на натужные попытки двигателя заработать, Лекс понял, что на этом его несчастья еще не закончились.

+7

9

Возможно, Ронго отпустил бы их с миром. Возможно, он даже поимел бы с ними еще кое-какие дела, девчонку-то эти белые обезьяны все же подогнали и отменную. Если со знаниями в области медицины у нее все так же ладненько, как и с попкой, то Ронго грех жаловаться. Проблема была в том, что маори был суеверен, и несговорчиво пыхтящий движок фургона расценил как тот самый знак, который определили его выбор. И выбор этот не сулил ничего хорошего ни Лексу, ни его бритоголовым дружкам. Под насмешливый гогот Падальщиков, которые уже предчувствовали потеху, Ронго приобнял бабенку покрепче, радостно засопел ей на ухо и, достав из кобуры на бедре пистолет, перепроверил обойму и снял его с предохранителя прямо у нее под носом.
- Ну что, пупсик, не хочешь отыграться за все те разы, когда тебя нагибали без спросу, м?
Он ласково пригладил растрепанные волосы девушки и, поймав ее безвольные руки в свои, вложил в них пушку и заставил сжать пальцы на рукояти. Они были холодные и подрагивали, выдавая ее нервное напряжение, и если бы Ронго не удерживал их вместе с пистолетом, тот наверняка выпал бы из ее рук. Она и сама выпала бы, не зажимай он ее в плотном кольце рук. Такая хрупкая, такая запуганная и такая ценная. Маленькая медсестричка, которую он получил почти задаром. Время свое он на эти терки все таки потратил.
- Вот так, все правильно, хорошая девочка, - мурлыкая, как мартовский кот, Ро заставил ее поднять руки и прицелиться в силуэт водителя фургона. - Ты, главное, не бойся. Это быстро и почти не больно, если удачно попасть. В голову, например. Ты же видишь его голову? Сейчас прицелимся хорошенько и...
Выстрел оказался неожиданно громким, и на короткий миг воцарилась тишина. Даже Падальщики на крышах замолкли, благоговейно прислушиваясь к заметавшемуся между высотками гулкому эху. Когда оно стихло где-то совсем далеко, напомнив подстывшим зомби о существовании живой и теплой закуски, фургон закачался так, словно там жестко трахались гориллы. Рассмотреть что-либо сквозь покрывшееся сеткой мельчайших трещин стекло было невозможно, но Ронго догадывался, что именно там происходило. Звук открывающихся задних дверц послышавшийся вскоре только уверил его в правильности этих догадок. Лекс с парой своих белозадых приятелей сиганул прочь от места торга с таким энтузиазмом, что только пятки засверкали.
- Взять их! - рявкнул Ронго. Эта короткая и хлесткая, как пощечина обиженной женщины, команда прогремела не слабее выстрела и спровоцировала отток грязного отребья с крыш. Не переставая хохотать и улюлюлькать, они бросились выполнять приказ своего главаря. Теперь у них была возможность поразмяться и отыграться на ком-то за все то время, что они провели на холоде под снегопадом, но они хорошо помнили, что «взять» не значит «убить». У Ронго были иные планы на эту бритоголовую троицу.
- Что с этими делать? - голос Штибера был подобен карканью воронья. Ро поморщился, но виду не подал и, нехотя отвернувшись от сладко пахнущего загривка врачихи, уставился на двух женщин, которые боялись даже пошевелиться, ожидая приговора. Ни одна, ни вторая ему не были нужны, однако разбрасываться таким сырьем было непрактично. Потом он обязательно придумает, что с ними делать, но пока его целиком и полностью занимала бабенка, которая тряслась в его руках то ли от холода, то ли от страха.
- В машину их, свяжи или выруби, чтоб не сбежали, - раздраженно бросил он, вынимая пушку из непослушных женских пальцев и пряча обратно в кобуру. С девчонкой, которую он сжимал в своих объятиях так крепко, словно боялся, что она упадет и рассыпется, он заговорил совершенно другим тоном, более мягким и совершенно для него нехарактерным.
- Как тебя зовут, радость моя? Только давай, не будем бояться, хорошо? Я тебя не обижу, обещаю. Ты мне нужна целая и невредимая, слышишь? - развернув пленницу к себе лицом, он заглянул ей в глаза, удерживая за подбородок жесткими пальцами. - Ну? Как тебя зовут?

+8

10

Зажмуриться до кровавых звезд, оглохнуть и потерять сознание, это все чего сейчас хотела Сэм. Пусть эти людоеды ее потом изобьют до синяков и потери сознания, изнасилуют всей стаей и бросят дожидаться какого-нибудь приблудного зомби. Здесь и сейчас Саманта хотела только одного - не видеть и не слышать ничего, что происходило в эту минуту и в чем она принимала непосредственное участие. Она никогда не держала в руках оружие и с некоторым удивлением обнаружила, что оно тяжелее, чем кажется, и легко ложится в ладонь. Может быть дело было в том, что его насильно вложили в безвольную руку и заставили сжать пальцы. Девушка внезапно прочувствовала его от гладкой рукоятки до самого дула и ее затрясло крупной дрожью от страха и какого-то болезненного возбуждения. В ее руках было что-то такое, что могло с легкостью оборвать чужую жизнь, перечеркнуть все, что было и могло бы быть, одним нажатием пальца на спусковой крючок. Сэм зажмурилась и попыталась прогнать это чувство, такое всепоглощающее и такое пьянящее, но сделала только хуже. Теперь она не видела ни фургона, на котором ее привезли на этот рынок живого и огнестрельного товара, ни бледных лиц Лекса и Эдди за мутным лобовым стеклом, но чувствовала вес пистолета в своих руках, чувствовала ненавязчивое тепло, исходящее от мужчины, что ее обнимал, и, главное, слышала его тихий мурлыкающий голос, затекающий в уши, как разогретый мед.
Выстрел прозвучал раньше, чем он почувствовала, как ее палец под давлением чужого нажал на твердый спусковой крючок, но глаза девушка открыла только, когда вместо мурлыканья над ее ухом прозвучал настоящий свирепый рык. Сэм недоуменно уставилась на едва заметно курящееся дуло пистолета в своих руках, потом перевела взгляд на резко посветлевшее лобовое стекло фургона. Казалось, что оно покрылось инеем, но уже спустя несколько секунд Саманта поняла, что это такая сетка трещин, и обрадовалась, что не может видеть того, кого подстрелила. Ведь подстрелила же? Или нет? Почему-то ей это казалось важнее всего того, что с ней происходило сейчас и еще могло произойти в дальнейшем. Все очень плохо и будет еще хуже, а она готова сорваться с места, подбежать к фургону и убедиться, просто убедиться.
- Что?
Сэм недоуменно захлопала ресницами и уставилась в глаза дикаря, оказавшегося внезапно так близко. От него пахло порохом и кровью. Наверное, так пахнет смерть. Девушка пропустила мимо ушей его разговор с альбиносом и уже не надеялась восстановить его в памяти хотя бы с опозданием, она даже не заметила, как он убрал оружие обратно в кобуру и развернул ее к себе лицом, но то, что он говорил ей, что спрашивал у нее, опаляло ее сознание короткими яркими всполохами, которые невозможно было игнорировать.
- Я... я... Саманта, - девушка сглотнула, сморгнула слезы, которые все это время стояли в ее глазах, и, неловко прочистив горло, четко и ясно проговорила, как заученное наизусть правило. - Меня зовут Саманта Локвуд. Я интерн по специальности «общая терапия». Врач, то есть почти врач, но я... - она снова сглотнула и, часто заморгав, попыталась сосредоточиться и не разрыдаться. - Если вам нужен врач, то это я.
Сколько она не пыталась сконцентрироваться на глазах незнакомца, на собственном отражении в его зрачках, сколько не пыталась проглотить застрявшее в горле рыдание, ничего не получилось. Слезы потекли по ее щекам, подбородок задрожал, а рот некрасиво искривился. Она знала, что плакать нельзя, что это может разозлить ее нового Хозяина, но ничего не могла с собой поделать.

+7

11

Бабенка так забавно боялась, что Ронго было чертовски сложно удержаться от соблазна и не попугать ее еще хотя бы самую малость. Он мог бы ее заверить, мол, расслабься, детка, я тебя не трону. Правда, в его понимании «не трону» означало исключение вполне конкретных действий, в число которых не входило воспитательное рукоприкладство в случае непослушания и, конечно же, определенного рода досуг с участием ее упругой задницы и... и рта тоже. Мысли об оном досуге уже помаленьку закрадывались в голову Падальщика, больно симпатичная мордашка была у девицы. Саманта. Хорошее имя, легко сокращающееся до короткого и звучного Сэм, которое можно рявкнуть как кличку домашнего питомца. Дрессировкой тоже стоило бы заняться и уже сейчас.
- Ох, признайся ты чуточку пораньше, Сэмми, - укоризненно покачал головой Ро, не обращая внимания на ее слезы, но в следующий момент снова плотоядно заухмылялся и продолжил: - И я бы пристрелил твоих бритоголовых дружков не отходя от кассы. А теперь я поделюсь этим весельем с тобой, моя дорогая. Все по-честному. Одного ты уже убила, значит следующий мой, а потом снова твоя очередь. Договорились? Теперь у нас все будет общим, детка.
Последние слова он горячо прошептал Саманте на ухо, интимно касаясь губами ее ушка и доверительно покивал головой, чтобы у девчонки не осталось сомнений. Где-то вдалеке раздался душераздирающий крик, и глаза Ронго, с упоением влюбленного разглядывающие кукольное личико, торжественно полыхнули. Он выпустил женщину из объятий, но только для того, чтобы снова обхватить ее со спины. Ему чертовски нравилось держать ее в руках, комкать, тискать, как любимую игрушку. Он вдруг подумал, что вряд ли захочет давать ее поиграть другим, но мысль, мелькнувшая в его некогда всерьез треснувшей черепушке, затерялась в закоулках его сознания, не оставив после себя и следа. Все внимание Ронго сосредоточилось на стремительно приближающейся гурьбе дикарей, удерживающих в своих цепких руках троих пойманных жертв. Лицо одного из них походило на кровавую маску из-за пересекающего лоб неровного пореза. Казалось, кожа просто лопнула и обнажила лобную кость. От шока и боли парень едва стоял на ногах, готовый в любой момент свалиться на землю и сдохнуть вне очереди от кровоизлияния в мозг.
- Кто его так?
Ронго рассеянно махнул рукой на раненного и покосился на рассредоточившихся вокруг преступников и психопатов, не решающихся поднять глаза на своего главаря. Ронго ждал, перебегая взглядом с одного на другого, и после целой минуты таких упражнений, один из них не выдержал и едва заметно качнулся вперед.
- Я случайно.
Он хорошо знал, что за собой могло повлечь непослушание и невыполнение конкретного приказа. Ронго мог пристрелить его, а мог пробить ему колени и бросить тут дожидаться едоков, которые, наверняка, уже подтягивались к этому пустому кварталу. С таким же успехом он мог потрепать его по голове, как щеночка, случайно подвернувшегося под ногу, а потом затолкать в общую камеру к скоту, где у Фредди дозревало перепуганное мяско на ножках, дожидаться своей очереди пойти на корм своим же приятелям. Но вместо всего этого Ронго вытащил из кобуры пистолет и просто пристрелил раненного.
- Ну, коль уж халтуришь, дружок, то делай это красиво, - назидательно проворчал Ро и широко улыбнулся. По толпе Падальщиков вместе с волной смешков и матерков, прошла легкая рябь облегчения. Они быстро рассосались, оставив Лекса и его молоденького приятеля, которого Ронго раньше не видел, стоять на коленях перед ним и Самантой.
- Прости меня, милая, опять я поторопился. Теперь твоя очередь, - Падальщик рассеянно клюнул девчонку в висок, словно действительно был ее бойфрендом, и снова вложил ей в руку пистолет. - Ты знаешь, что нужно делать, - едва слышно прошептал он ей в волосы и отпустил ее ладошки, предоставив самой решать в кого стрелять. Его ладони проползли от запястий до локтей и дальше, а потом, задержавшись на пару мгновений на груди, опустились вниз и обхватили Саманту за талию. Он был готов любой момент выхватить оружие из рук девки, ведь она вполне могла начать палить по его людям.

+7

12

Казалось, мужчина не замечал ее слез, и в какой-то момент Сэм подумала, что это к лучшему. Лекса слезы всегда раздражали, а порой приводили в лютое бешенство. Одну девушку он забил чуть ли не насмерть только потому, что она никак не могла перестать плакать. Сэм и сама частенько получала по лицу за это, но со временем научилась молча глотать слезы и плакать беззвучно. Возможно, новый Хозяин менее восприимчив к этому.
Девушка украдкой подняла на него глаза и поспешно отвела их в сторону. Сэмми. Так ее называл отец. «А где моя маленькая Сэмми?! Куда она спряталась?» - говорил он, входя в ее комнату, а она в это время сидела под кроватью, где пряталась с того самого момента, как замечала отцовский лимузин из окна, и чуть ли не лопалась от смеха. Как же давно это было! Целая вечность прошла с тех пор. Маленькая Сэмми выросла и стала все чаще слышать Саманта или Сэм в свой адрес, а отец уже не так часто бывал в их с матерью доме. Теперь же слышать это «Сэмми», произнесенной с той же ласковой интонацией, было странно и тревожно. «Господи! Что он задумал?!» - мысленно всхлипнула Сэм, когда ее ухо опалили его многообещающие слова.
Чей-то крик в конце улицы заставил ее подскочить на месте, но словно оберегая ее даже от этого лишнего и энергозатратного движения, мужчина снова заключил ее в объятия, прижав спиной к своей груди. Выражение «игрушка в чужих руках» так часто встречалось ей в литературе, что она перестала воспринимать весь его глубинный смысл. Зато теперь понимала в полной мере, пропуская через себя вместе с мерным биением чужого сердца, и старалась не думать о том, что любую игрушку можно сломать и выкинуть. Это случится рано или поздно, но не сегодня, ну или по крайней мере не сейчас. Каким-то образом она чувствовала настроение главаря этих дикарей и понимала, что он предвкушает веселье с участием ее бывших хозяев.
Их осталось только трое, не прошло и минуты, как их число сократилось до двух. Лекс и Джо стояли на коленях перед ней и ее новым Хозяином и не смели поднять глаза с брызг крови на асфальте. Последняя расписка Бруклина, настоящего имени которого они так и не узнали.
- Я не...
Сэм проглотила невольно вырвавшееся возражение, когда мужчина снова вложил ей в руку пистолет. Она думала, что все будет так же как в первый раз, но ошибалась. На этот раз были только ее руки и ее воля. Саманта громко сглотнула и невольно вздохнула, когда широкие ладони огладили ее тело и остались двумя горячими грелками согревать ее  живот. Теперь Лекс и Джо смотрели на нее широко распахнутыми глазами, в которых читалось недоумение и что-то еще, чего она раньше в них не видела. Был ли это страх, девушка не знала. Она видела только женский страх, она его понимала и могла распознать, но то, что читалось в глазах ее прежних насильников, было не подвластно ее пониманию, однако, в какой-то момент ей почудилась злоба в глазах Лекса. Он смотрел ей в глаза неотрывно, как злая собака, сидящая на цепи, смотрит на проходящих мимо беззаботных детей, которые могут безнаказанно ее дразнить и бросать в нее камни. Сэм никогда не бросала камни в собак, никогда не пользовалась чужой беспомощностью и не могла заставить себя нажать на спусковой крючок, хотя прекрасно понимала, что это может разозлить Хозяина. Как-то незаметно, этот мужчина, так беспечно дающий ей оружие, стал для нее Хозяином даже в мыслях, Хозяином с большой буквы и во всех смыслах.
- Я не могу, - выдохнула чуть слышно и отвернулась от Лекса и Джо, насколько это было возможно в ее положении. Так получилось, что она, словно оправдываясь, прижалась щекой к плечу дикаря, но продолжала держать оружие. Надежда на то, что он все сделает сам теплилась робкой искоркой. Пусть лучше он ее потом изобьет, чем она убьет живого человека.
- Шлюха! - презрительно прошипел Лекс, как будто обиженный на то, что она не решилась его убить, и девушка зажмурилась, делая вид, что ее это не касается.

+7

13

Детка, ты меня расстраиваешь, - Ронго потрепал прижавшуюся к нему девушку по голове и все так же ласково, как будто имел дело со разыгравшимся щенком или котенком, заворковал: - У нас ничего не получится, если ты будешь меня расстраивать. Ты же понимаешь?
Он обнимал Саманту, зарывался пальцами в ее волосы, тыкался губами ей в висок - одним словом вел себя как нормальный парень, чья любимая девушка вдруг закапризничала и запэмээсничала. Проблема была в том, что нормальным он не был. Все это была не более чем игра на публику. Лекс и второй парень, имени которого Ронго не знал, оказались очень благодарными зрителями, они следили за ним и Самантой во все глаза, а Лекс даже дозрел до комментариев, но почему-то только в адрес женщины.
- Эй, ты о моей Сэмми говоришь? - деланно округлил глаза Ронго и пару раз моргнул для убедительности. - Знаешь, что расстраивает меня больше, чем непослушные девчонки? То, как белое дерьмо вроде тебя, Лекси, обращается с женщинами, которые согревают им постель. Где уважение? Где благодарность? Где элементарная вежливость? Ты же гребаный мужик, Лекси! Ты, мать твою, образец для подражания! Так веди себя как настоящий мужик!
Ронго не заметил, как сорвался на крик и уже не так бережно прижимает Саманту к себе. Его пальцы врылись в ее волосы, собрали их в клок и потянули, заставляя женщину запрокидывать голову и морщиться от боли. С некоторым недоумением он уставился в ее полные боли и страха глаза и рассвирепел еще больше.
- Смотри, как это делается, Сэмми, - он выхватил из ее рук пистолет и потащил за волосы к бритоголовым поближе. - Смотри и учись, как следует поступать с теми, кто тебя не уважает.
Он поставил Саманту на колени прямо напротив Лекса и заставил ее посмотреть ему в глаза. Что бы она не видела в его глазах, Ронго видел тот самый страх, ради которого он все это делал. Лекс боялся уже не за свою жизнь, а за свою смерть, потому что она была так же близка, как и эта женщина, которую он, наверняка, сегодня успел попялить от души еще до завтрака.
- Что ты видишь? Кто пред тобой? Кто он тебе? Сделал ли он для тебя что-нибудь хорошее? - Ронго встал за спиной женщины, обхватив рукой ее под подбородок и почти прижав ее затылок к своему паху. - Хочешь, я отвечу за тебя? Это всего навсего тот самый белый ублюдок, который трахал тебя, который использовал тебя как вещь, а когда ты ему надоела, решил сплавить тебя в обмен на несколько стволов. Какие-то вшивые пушки, оказывается, стоят твоей жизни, детка. Можешь себе это представить?! Такая умница как ты должна понимать, что это совсем не равноценный обмен. Ты слишком хороша для этого, ты достойна быть подарком, но никак не товаром. Такой подарок я бы принял.
Вдохновенная речь сопровождалась активной жестикуляцией рукой, в которой была пушка. В какой-то момент дуло посмотрело в лоб последнего оставшегося в живых приятеля Лекса, и Ронго, как бы между делом, нажал на спусковой крючок. Смерть очередного бритоголового осталась без внимания. Падальщики напряженно наблюдали за своим главарем, подсознательно чувствуя, что следующая пуля может прилететь в любого, кто посмеет нарушить звенящую эхом выстрела тишину.
- Понимаешь, Сэмми, - снова заговорил Ро, как будто ничего не случилось. - Я не жду, что ты будешь убивать ради меня. Видит бог, такого народа у меня предостаточно. Я жду, что убьешь ради себя. Один раз. Всего один единственный раз, милая, - он опустился на колени позади девчонки, приобнял ее и, глядя на Лекса в упор, подсунул Саманте под нос свою пушку, не преминув мурлыкнуть на ушко. - Ты должна знать, что я очень, очень не хочу отдавать тебя на потеху своим ребятам, а потом отправлять тебя на кухню в качестве главного блюда, но я сделаю это с тобой и твоими подружками, если ты сейчас же не возьмешь эту пушку и не убьешь эту белую мразь.

+7

14

Саманта осознала, какую ошибку допустила, когда было уже слишком поздно и исправить она уже ничего не могла, даже если бы захотела. Ее новый Хозяин был в гневе, и Сэм предчувствовала, что боль от с силой стянутых на затылке волос всего лишь малая толика того, что ей перепадет за непослушание. Она до крови закусила губу, чтобы не взвыть от боли, когда внезапно рассвирепевший мужчина потащил ее к Лексу и Джо, и не сдержала стона, когда стукнулась коленями в присыпанный снегом и соколками стекла асфальт. Лицо Лекса, бледное и вмиг осунувшееся, оказалось прямо напротив нее и волей неволей ей пришлось посмотреть ему в глаза. В них не осталось и следа от прежней уверенности, что сделала его лидером в стане бритоголовых. Сэм могла бы поспорить, что в эту самую секунду Лекс показал свое истинное лицо. Перед ней был всего навсего перепуганный и растерянный парнишка со сложной судьбой и искалеченной в зародыше жизнью. Может быть его бил отец, а может его и вовсе не было никогда. Может быть он вырос в приемной семье и никогда не знал своих настоящих родителей, а может его выкормил приют. Она могла бы пожалеть его за одни только эти догадки, но Саманта боялась, что эту жалость заметит Хозяин, заметит и жестоко накажет. Он стоял позади нее, нависая над ней, как гора, прижимал ее к себе и все говорил и говорил, вонзая с каждым словом в ее выдержку очередную раскаленную спицу. Саманта прекрасно знала, что должно произойти и что она должна сделать, но все равно оказалась не готова к тому, что произошло потом.
Выстрел оглушил ее и заставил подскочить на месте и вжаться в колени стоящего позади нее мужчины. Девушка с ужасом уставилась на обмякшее тело Джо и растекающуюся под его простреленной головой лужу крови. Господи, какой же красной она была. Саманта столько раз видела кровь на работе, но никогда не видела настолько яркой крови, настолько пугающе реальной и исходящей паром остывающей жизни.
- Нет, нет, нет, - беззвучно залепетала она, закрывая рукой некрасиво скривившиеся губы, и затряслась в тихих рыданиях. Тем временем тон голоса Хозяина изменился и сам он, казалось, успокоился и даже опустился на колени позади Саманты. Снова она чувствовала его дыхание у себя за ухом, снова ощущала лопатками перестук сердца в его груди. Оно билось нереально спокойно и размеренно, как если бы этот человек спал сном праведника в гамаке под пальмами. Это должно было бы успокоить ее, но на самом деле испугало еще больше. Под носом снова оказался пистолет, а над ухом зажурчал голос Хозяина, называющий цену жизней ее и ее подруг. Непомерно высокую цену, которую она должна была заплатить.
- Я не могу... - всхлипнула Саманта и разрыдалась уже в голос. - Не могу!
Лицо Лекса расплывалось из-за наполнивших глаза слез, но она услышала или может ей показалось, что она услышала, как он с облечением выдохнул, словно с его плеч упал тяжелый груз.
- Эта шлюха только ноги раздвигать умеет, - зло процедил он сквозь зубы. - Ни на что не годная потаскуха!
- Заткнись! - выкрикнула Сэм, не в силах слышать эту обидную как никогда правду.
- Бестолковая давалка!
- Закрой свой рот!
- Стреляй, мать твою! Сделай хоть раз то, что хочешь! - заорал в ответ Лекс и Саманта со все еще с искаженным болезненной злобой лицом недоуменно уставилась на него как на инопланетянина. Он хотел, чтобы она его убила. Именно она, а не кто-то другой. Он боялся, что каннибалы, с которыми он по глупости связался, сделают с ним что-то более страшное.
- Я позволил им тебя избить, слышишь? Я знал, - прошипел он едва слышно и это стало той последней каплей, что нужна была Саманте, чтобы сойти с ума. Она схватила пистолет и выстрелила Лексу прямо между глаз. Вместе с затихшим в отдалении эхом выстрела кончился и ее запал. Уронив оружие, Сэм накрыла лицо руками и завыла по-звериному. Когда воздух в легких закончился, а во рту поселился устойчивый вкус крови из-за поврежденных связок, девушка отключилась, свалившись рядом с трупом человека, который убил ее ребенка.

+7

15

Все ждали развязки. Любой, даже самой скучной. Ждали с тем нетерпением, что свойственно всем преступникам, которые уже изрядно подзадержались на месте преступления и уже глючат отдаленным воем полицейской сирены и холодком наручников на запястьях. Вот только вместо полиции к месту преступления спешили зомби, много зомби, голодных и не разменивающихся на «вы имеете право хранить молчание». Занимающий наблюдательный пост на крыше падальщик уже не в первый раз порывался попытаться привлечь внимание Ронго, но в последний момент останавливался и продолжал поглядывать на приближающихся со всех сторон мертвецов в потрепанного вида армейский бинокль. Откровенно говоря, всем было насрать, чем закончится этот маленький любительский спектакль. Всем кроме Ронго. Он стоял на коленях позади хнычущей Саманты и боялся пошевелиться и спугнуть этот уверенно заполыхавший огонек чистой злости. Он чувствовал, как по телу девчонки одна за другой пробегают судороги, порожденные совсем не рыданиями, и буквально изнывал от желания прижаться к ней плотнее и прочувствовать ее негодование в полной мере, пропитаться и упиться им насквозь. Нет ничего более искреннего чем страх и ненависть, а если они еще и идут рука об руку... В суть перепалки он тоже не вникал, но невольно уловил, что эту парочку связывает что помимо половой ебли. Призрачная галочка проставилась и забылась, как только хнычущая Сэмми превратилась в Саманту с пушкой. Выстрел прогремел, Лекс отвалился в сторону, заливая припорошенный снежной крошкой асфальт парной кровью, а девчонка завыла раненной самкой, закрыв лицо руками.
- Сэмми, Сэмми, Сэмми... - почти пропел Ронго, обнимая девушку одной рукой и подбирая свой пистолет другой. - Ты только что спасла себе жизнь, детка. Ты молодец! Так и надо.
- Ро?! - падальщик на крыше наконец-то решился подать голос. - Жмуры!
- И какого хуя ты молчал?! - зло рявкнул Ронго. Падальщики тут же зашевелились, забираясь на крыши, а Нгата, подхватив обмякшее тельце Саманты на руки, направился к машине. Альбинос уже разогревал движок, напряженно поглядывая вдоль улицы, где уже столпилось несколько тухлых персон. Он уже услышали сытый рокот мотора и направились в их сторону, а поднявшийся ветер охотно понес в их сторону снежные завихрения с аппетитным медным душком свежей крови.
- Подвиньтесь, дамочки, - Ронго аккуратно уложил безвольную, как сдутая резиновая кукла, девку на заднем сидении, где сжались в дрожащие от страха комки две бабенки, и ласково пригладил ее растрепавшиеся волосы. Сэмми его порадовала, а это было хорошее начало. Стоит потратить немного времени, и из нее получится хорошее домашнее животное, толковое. Более толковое, чем эти две сучки, бессмысленные жизни которых она спасла, избавив от перспективы пойти на филе. Но только жизнь. Ронго всегда держал данное слово и, как и обещал, не собирался отдавать свежее мясо в вотчину Малыша Фредди, но это отнюдь не значило, что они будут так же неприкосновенны как и она. Он оценивающе оглядел женщину постарше и совсем молоденькую конопатую девчонку, сидящую с ней рядом, и зло усмехнулся. Любой дичи он найдет применение. Фантазии у него хватит.
- Ро? - голос Штибера был по прежнему холоден и сух, но Ронго уловил в нет едва различимую требовательную нотку и, без разговоров захлопнул дверцу, занял место рядом с водителем. Мертвецы уже добрались до трупов Лекса и его приятелей. Сквозь запах бензина и машинного масла, которым было пропитано нутро военного джипа, просочился знакомый душок падали. Не дожидаясь приказа, альбинос рванул с места и подмял под колеса их главных конкурентов в охоте на людей. Вой и улюлюльканье передвигающихся по крышам Падальщиков сопровождало весь их путь до Бронкса.

+5


Вы здесь » Year 2013: Dawn of the dead. » Страницы истории » 20.11.2013. In the land of gods and monsters.