Year 2013: Dawn of the dead.

Объявление


Сюжетное:
Что ты забыл здесь?
Возможно, если простой вопрос заставил задуматься, лучше спрятаться под одеяло и дальше верить в то, что руки живых мертвецов не раздерут его вместе с твоей кожей. Однако не стоит забывать, что безысходность и отчаяние приносят порой гораздо большую боль, чем физическая, а живые зачастую гораздо опаснее и страшнее мертвых.
Ты боишься? Хорошо. Значит, ты все еще жив.

Специально для гостей и потенциальных участников форума сообщаем, что в связи со спецификой хоррор-тематики и по правилам данного проекта игра и ее чтение предназначены для лиц, достигших 18 лет.

Игровое время и погода:
25 декабря 2013 года - 25 января 2014 года. Прохладно. Температура не поднимается выше 10° по Цельсию днем и редко падает ниже -10° ночью. Холодный пронизывающий ветер с залива время от времени нагоняет тяжелые снежные облака. Частые снегопады и метели.
В игре:
Говорить с Кирой о доверии было как-то по-особому странно, словно Торн не имел права затрагивать эту тему, но был вынужден в силу обстоятельств. Именно доверие, ее доверие он пытался заслужить все это время, вытанцовывая на периферии ее существования, как все чаще зримый, нежели незримый покровитель. Кел уже не задумывался, зачем ему сдалось это такое хрупкое и непостоянно явление, как доверие девчонки, которую он почти в буквальном смысле получил в наследство от Монтойи. Оно ему было нужно и все тут. Остальное не имело значения. Лифт остановился, не причинив своим пассажирам никакого дискомфорта, и створки разъехались в стороны. Торн вышел первым, но потом пропустил Киру вперед и проводил ее через холл к распахнутым настежь дверям. Он провел в этих апартаментах довольно много времени, но никогда прежде роскошь этого места не казалась ему настолько ослепительной, как сейчас, когда все наконец-то было сделано и никто не суетился на территории, которую он уже считал своей.

Новости форума:
Форум перешел в камерный режим. Подробнее.
Правила | Сюжет | Зомби | Гостевая | Шаблон анкеты | Быстрый и мертвый | Поиск персонажей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Year 2013: Dawn of the dead. » Страницы истории » Три креста, три косяка, Мексика vs. Америка. (флешбек)


Три креста, три косяка, Мексика vs. Америка. (флешбек)

Сообщений 1 страница 20 из 23

1

Дата, время и место отсчета: 9 апреля 2013 года, где-то после шести вечера, спортивный клуб «Tres Cruces*».
Участники: Тито Монтойя, Стелла Спенсер.
Завязка событий: Травка. Все крутится вокруг травки. Будь ты любителем садоводом, зашибающим на ней деньгу, будь ты школьницей с норовом начинающей рок-звезды, все так или иначе упирается в травку, в коряво свернутый косяк и в россыпь сказочно пахнущей марихуаны. Чтобы добыть правильную травку нужно знать правильного человека, но и это не самое главное, нужно правильно к этому человеку подкатить.

* Tres Cruces - Три креста (исп.)

0

2

- Это что вообще такое? - вопрошала Стелла, растерянно глядя на кирпичное обшарпанное здание с мутными окнами и жутковатой темно-красной дверью. - Ты куда меня приволок, Сусанин?
Микки молчал. Может он не знал, кто такой этот Сусанин, а может сам был не в восторге от увиденного, а может просто ему нравилось быть загадочным. Микки умел быть загадочным до поры до времени, пока сам не струхнул от собственной затеи - поехать  в Бруклин специально чтобы купить отменную травку у какого-то матерого наркоторговца, который вроде как сидел за убийство. Страшно? Страшно. А как все просто начиналось. «Стелл, ну пожалуйста! Стелл ну давай, а?! Ну Стелл...» - это он так канючил отнюдь не секса ради. Хотя кто знает... В конце недели у Стеллы и ее группы был концерт, а билеты были уже распроданы. Как любой прощелыга, в будущем возможно неплохой биржевой аналитик, Микки Райерс знал, что можно подмазаться к однокласснице и возможно, только возможно, перепадет билетик. Пусть цена завышена, черт с ней, но побесноваться под рок да еще и в толпе крутых чуваков, нет серьезно, это стоит больших денег. Больших даже по меркам старшеклассника не самой худшей нью-йоркской школы.
Сама же Стелла поперлась к черту на куличики ради травы, поскольку пообещала группе, что достанет и не хотела подводить ребят. А еще ей нужно было забрать гитару из ремонта. Почему лучшие мастера живут в Бруклине, а не поближе к центру, да хоть в том же самом Челси или Мидтауне?
- Это здесь! - едва ли не торжественно провозгласил Микки и потянул Стеллу за рукав внутрь. Было темно, было страшно, было противно. Запах застарелого пота, прокисшего пива и еще чего-то, определенно съестного, может начо, а может бурито, намешался в просторном помещении, где железа было больше чем на складе металлолома. Тренажеры, гантели, гири, куча всякой тяжелой дребедени по углам и внушительных размеров ринг посреди всего этого очарования. В глубине помещения располагался бар со стойкой и высокими табуретами.
- Здрасьте, приехали, - оторопела Стелла при виде обстановки. Это был рай для качков, Мекка для любителей стероидов, но отнюдь не притон наркоторговца. Микки ошибся, точно ошибся, неправильно запомнил адрес или его намеренно отправили не туда куда нужно, чтобы постебаться, всякое бывает в конце концов.
- Ты уверен, что это здесь?
- Это здесь, - Микки отпустил наконец ее руку и уверенно двинулся в сторону бара. - Эй, Тито!
Вокруг было столько железа, что Стелле стало вдруг холодно. Она зябко поежилась и запахнула куртку поплотнее. Хотелось решить уже все вопросы и свалить из этого неуютного места, но хозяин, которого Микки назвал Тито, не торопился явиться на зов постоянного клиента. Хотя Стелла начала подозревать, что Микки гнал по поводу своих дружеских отношений с местным воротилой, чтобы показаться крутым в тусовке. С каких пор знакомство с убийцей и наркоторговцем означало крутость? Девушка бродила среди конструкций угрожающего вида и глазела по сторонам пока не зависла у бара рядом с Микки. Парень явно был обескуражен и ныкался по углам в поисках своего Тито. Приволок девушку черт знает куда чтобы похвастать дружком зэком, а тут такая незадача.
- У тебя пять минут, потом я разворачиваюсь и ухожу, - в ультимативной форме заявила Стелла и, усевшись на табурет у стойки, с невозмутимым видом закурила. - Время пошло.

+2

3

Очередное обострение мизантропии нахлынуло внезапно. Будний день. И время уже к вечеру. Скоро в зал нагрянут измученные обыденностью своей никчемной жизни мужики, чтобы выпустить пар и почесать кулаки, а Монтойя только и думал о том, что нужно пересадить саженцы в ящик попросторнее и заменить ультрафиолетовую старую лампу. Было бы неплохо еще разогреть ту лазанью, что валялась в морозилке уже с неделю и пивка из холодильника прихватить. Может стоило прикрыть зал на вечерок? Ему совершенно не хотелось вылазить из уютного тепла подвала в прохладу зала, но до слуха долетели голоса. Над головой проскрежетали ножки табурета. Кто-то пришел не железки потягать, а выпить. Рановато что-то. Тито глянул на часы. Было только начало седьмого, а Хесус, его помощник приходил обычно в семь, минута в минуту. Так бы свалить на него все дела и остаться в подвале до утра...
— Vete a la chingada, — проворчал он, но все же стянул рабочие перчатки.
Он кое-как привел себя в порядок. Заморачиваться своим внешним видом ему вообще чуждо. Рыло от земли отмыл и ладно. И стал подниматься по винтовой лестнице к люку ведущему аккурат в бар. Поднимался он тихо, а скобы люка были добротно смазаны и не скрипели. Потому в баре он появился бесшумным призраком и тут же замер. За стойкой сидело чудо. Чудо, которого тут еще никогда не было и которому тут вообще быть не положено. Детям вообще не положено бывать в таких местах. Детям положено ходить в школу, а после школы пилить домой, есть овощи, делать уроки, чистить зубы и ложиться спать в девять часов. Это дите явно было из разряда не очень послушных. Зоркий взгляд мексиканца выхватил из общего образа рокерскую куртку, черные ногти и сигарету. Только на основании этих трех деталей у него сложилось впечатление об этой девице. Красивенькая мордашка, длинная грива и дерзко торчащие сиськи тоже были срисованы, но в учет не пошли. Малая шибко чтоб за бабу полноценную сойти.
Еще одно дите, но не такое чудесное как первое, шарилось в углу за ширмой, где Монтойя держал пойло и закусь. Оно гремело, брякало и явно что-то искало. Это нервировало и наводило на нехорошую мыслю, а не ворье ли приперлось. Тито нарочито громко брякнул пустым стаканом о столешницу и оскалился девчонке самой недружелюбной улыбкой из всех, что у него имелись.
— Мы закрыты, — пробурчал он и придвинул к ее локтю пепельницу. — Здесь не курят.
Два утверждения совершенно противоречащие фактам должны были дать посетителям понять, что им тут не рады и что им лучше свалить от греха. Но потом этот второй что-то разбил. Тито раздраженно заворчал и пошел проверить что именно. Из подсобки он вернулся, удерживая парня за шкирняк как нагадившего котенка. Ноги пацана едва касались пола. В другой руке Монтойи было горлышко разбитой бутылки. Пойло было дорогое. Насколько дорогое, нужно было уточнить. Однако разбей он заныканную на черный день текилу, Тито бы всерьез осерчал. А так, только слегка обиделся. Он молча усадил парня на табурет, немного смущенно бросил ему на колени оторванный ненароком капюшон и снова зашел за стойку.
— Дорогой виски, — покачал он головой, вытаскивая на свет божий большую засаленную тетрадищу и выискивая глазами знакомое название. — Восемь сотен, — он захлопнул тетрадь и уставился на пацана исподлобья. — Плати, mamaracho.

+2

4

Стелла мирно курила прислушиваясь к шебуршению Микки, который похоже надеялся найти своего хваленого Тито в куче коробок и ящиков, или же он всерьез решил, что наркоторговец хранит товар прямо тут, у всех на виду. Она-то точно знала, что свалит отсюда как только докурит сигарету, и это даже не пять минут, а намного меньше, особенно если затягиваешься от всей души. Стелла затягивалась прямо скажем «неподеццки» и уже собиралась поднимать свою задницу со стула, когда вдруг за спиной что-то оглушительно брякнуло. Стелла взвизгнула с испугу и всполошилась так, что свалилась с табурета, как если бы ее столкнули. Она больно стукнулась плечом и выругалась как хороших девочек обычно не учат, и только потом до нее дошло, что это всего лишь внезапно появившийся невесть откуда хозяин сего сомнительного заведения, тот самый Тито, нарокоторговец с криминальным прошлым.
- Извините за вторжение, - поторопилась проявить свои дипломатические навыки девушка, цепляясь за стойку и поднимаясь с пола, но тут же застыла с распахнутым настежь ртом и с совершенно круглыми глазами и не сразу вспомнила, что стоит все же поздороваться с человеком прежде чем клянчить у него травку. - Зэ-зэ-зэ-дэрасьте...
Откровенно говоря, она была так поражена увиденным, что совершенно забыла о травке, ради которой собственно и приперлась в этот притон. Мужик был «писанный красавец». Таких Стелла видела только по кабельному каналу, по которому гоняли горячие репортажи с мексиканской границы, где тормозили и вышибали все нечистое из нелегалов, вот таких вот тертых латиносов, у которых на морде лица написано «не кантовать» и «шестая ходка бесплатно». Внезапно Стелла поняла, что Райерс ни разу не нагнал, говоря, что чувак де тюрьмой пропитанный, и преисполнилась того благоговения, которое накрывает как дым качественной травки любого более или менее законопослушного гражданина, который с преступниками знаком только по криминальным драмам и новостям по телику.
Девушка моргнула наконец, растерянно уставилась на заботливо придвинутую пепельницу, снова посмотрела на мужика и икнула от полноты чувств.
- Вы извините, мы тут... - она не знала даже как объяснить, чего они вообще тут делают. Под пронзительным взглядом мексиканца ей внезапно стало неловко, неуютно и вообще как-то странно, захотелось вдруг оказаться дома, в своей комнате, переодеться в пижаму с розовыми мишками и сесть за уроки, как хорошая девочка, но потом шебуршение Микки в углу прекратилось очень громким бряканьем разбитого стекла. Это было так же фатально, как звонок на урок, и Стелла вдруг поняла, что ей придется задержаться тут чуточку дольше чем пять минут, а еще она поняла, что больше никогда не поднимет трубку, если на определителе высветится имя этого идиота. Недовольная куцая морда мужика, метнувшегося в угол к напакостившему Микки, только усугубила апокалиптичные настроения.
- Вот черт... - сдавленно прошипела Стелла, машинально убивая мятую сигарету в пепельнице.
- Эй, Тито, это же я, ну ты че, это же я, Микки, - испуганно лепетал Райерс, раскачиваясь в руке Тито как кишка. - Я клиента тебе подогнал, ты че забыл? Обещал же отложить пакетик отборной для рок-звезды, вот я и пришел и рок-звезду привел.
Микки заткнулся как только почувствовал под задницей сидение табурета и виновато уставился на Стеллу, всем своим видом буквально умоляя ее подыграть, но Стелла была в таком глубоком афиге, что ее хватило только на охреневший взгляд - «Ты сука, в какое дерьмо ты меня вплел?» и недоуменное:
- Че за херню порешь, убогий? - она испепелила его взглядом и повернулась к зависшему за стойкой Тито. - Вы извините его пожалуйста, у него с головой проблемы, роняли в детстве часто. Я не рок-звезда, он попутал, и не нужен мне целый пакет, мне пары косяков за глаза хватит. Вот деньги.
Она выложила на стол мятые купюры, как бы говоря, вот возьмите, давайте товар, и я пошла, а за разбитую бутылку дерите с этого дебила, но озвученная цена просранного пойла ввела в ступор даже ее, а Микки так вообще чуть в обморок не свалился. У него таких денег точно не было, по крайней мере при себе.

Отредактировано Стелла Спенсер (01-09-2013 17:56:01)

+2

5

Монтойя внимательно смотрел то на девчонку, то на пацана. Красотка перепугалась видать изрядно, но вела себя посмелее пацана. Тот со страху совсем оборзел, раз на нее стрелки переводить вздумал. Или же напротив пыжился разрулить ситуевину, чтобы не казаться полнейшим нулем в ее глазах? Хрен его знает. Эти доморощенные карнитос... Тито помнил засранца. Он терся тут вместе с одним из дружков Хесуса. Как обрывок использованной туалетной бумаги прилипший к подошве ерзал тут, вроде как косил под своего. Однако Монтойя всегда умел отличить толкового перца от бесполезного клопа. Этот был клопом. Ничтожным, живучим и вонючим. От таких только и жди подставы или проблем. Он не понравился Тито тогда и еще меньше нравился ему теперь, когда выеживался перед своей размалеванной подружкой. Монтойя смерил девчонку мрачным взглядом, будто это она была виновата в том, что пацан вискарь разбил.
Стоило отдать девчонке должное, она не стушевалась. Вежливая такая. На «вы». Тито покосился на мятые купюры. На крупную покупку она действительно не рассчитывала, но и для пары косяков деньжат было многовато. Он молча вытащил из-за пазухи свой огромный портсигар, отсчитал восемь готовых самокруток и подвинул девице. Простая сделка. Деньги, товар. Тут же, не отходя от кассы. Это он любил. Это было просто и понятно. Как и желание девчонки посмолить. Подростки такие депрессивные пошли. Леденцы и сникерсы уже не канают. Им подавай траву, а то и снежок, чтобы жизнь дерьмом не казалась. Раньше было проще. Раньше жизнь не была такой сытой как теперь. Раньше даже халявный леденец казался позабористей косяка. А теперь молодежь зажралась. Девчонка на первый взгляд казалась избалованной, гонористой и борзой, как эти зажравшиеся дитяти на крутых тачках, но что-то в ней располагало. Сиськи наверное. В конце концов он мало что смыслил в современных молоденьких putas. А эта была еще и смазливой. Глазищи вон какие.
— Не увлекалась бы дрянью этой, — посоветовал Тито вроде как по-доброму, но наяву пробурчал сердито и глянул тяжеловесно. — Мелкая еще, торчать-то.
На парня он посмотрел не менее тяжеловесно и прибавил еще больше мрачной суровости в нагрузку. С девчонкой-то разобрались, и валить бы ей от греха. А вот с парнем разговор был на целых восемь сотен. И хоть Монтойя не особо циклился на такой мелочи, пугнуть пацана был просто обязан. Может просрется со страху и позабудет дорогу сюда, а то долго ли до беды. Шурнешь его раз как сопляка, а он с легашами припрется. Типа отомстил.
— Восемь сотен, — напомнил он и с шумом уложил лапищу в опасной близости от шкурки пацана. Он глянул на девицу, потом опять на парня. Ох, лучше бы девка свалила сразу же! Но нехорошая мысля уже оформилась в голове Монтойи. И девчонке эта мысля не понравится.
— Или плати, или подружка твоя задницей отрабатывать будет, — равнодушно как усталый палач на дцатой по счету голове прожурчал. Чтобы салагенок понял, что тут шутки не шутят, Монтойя цепко скрутил ворот девчачьей куртенки и чуть ли не перетащил девицу к себе за стойку. Она расстелилась грудью над столешницей как товар, который вот вот пойдет с молотка. Тито смотрел на пацана, а сам носом дергал в сторону шкурки его подружки. Ароматная попалась. Не то что те putas, что терлись по притонам и торговали своими дряблыми задницами, на которых уже пробы ставить негде было. Чистенькая, холеная, домашняя девочка. Она явно стоила больше восьми сотен. Не стоило Микки притаскивать ее сюда. Ой, не стоило!

+2

6

Стелла смотрела на мужчину во все глаза, пытаясь уловить малейшие изменения его каменной рожи, в конце концов от этого зависело, выйдет она отсюда через пару минут или не выйдет вообще, но не могла как не старалась. Он словно репетировал роль кирпича в бродвейской постановке и определенно именно эта роль стала бы ролью всей его жизни. Однако, когда он отсчитал восемь аккуратных самокруток, Стелла обрадовалась как ребенок рождественским утром, позабыла свои недавние опасения, поспешила достать ополовиненную пачку сигарет и затолкать это богатство туда, чтобы не потерять. На слова мексиканца и просквозивший в них заботливый упрек она только покачала головой.
- Кому-то мелкая, а кому-то в самый раз, - философски отозвалась Стелла. -  Кому-то мелкая чтобы курить, но не мелкая чтобы покупать марихуану, мелкая чтобы смотреть порно, но не мелкая чтобы читать Генри Миллера, мелкая для личного автомобиля, но не мелкая чтобы сдавать на права. Все относительно, мистер... мистер... эээ...
Она зависла, смущенно хлопая ресницами и не решаясь, подобно Микки, называть этого определенно уже перекатившегося через полтинник чувака панибратским Тито, и растерянно глянула на своего спутника, умоляя его подсказать и избавить ее от этого глупого положения.
- Монтойя, - шепотом подсказал тот, с комичной опасливостью косясь на мексиканца. Ему определенно не хотелось оставаться с ним наедине и он был не в восторге от того, что Стелла вот-вот свалит, но он из последних сил сохранял самообладание и делал вид, что в порядке. Стелла оценила, однако не достаточно, чтобы восхититься и переставить его из стойла с табличкой «неудачники» в стойло с табличкой «ничего сойдет».
- Было приятно иметь с вами дело, мистер Монтойя, - почти искренне проговорила Стелла, запихивая пачку за пазуху и забирая со стойки зажигалку. - У вас тут... уютненько. Наверное будь я парнем, мне бы понравилось еще больше. Всего хорошего!
Она кивнула Монтойе с самым дружелюбным видом и повернулась было к Микки чтобы попрощаться и с ним, эдак панибратски хлопнуть по плечу до синяка и шепнуть на ухо заветное «не звони мне больше», когда мексиканец пробурчал свой угрожающий ультиматум и сдернул Стеллу с места, уложив на стойку как тушку цыпленка.
- Лапы убери, упырь ебаный! - вскрикнула девушка, мигом растеряв все свое дружелюбие и всю свою вежливость. Она вцепилась в столешницу, только бы помешать ему перетащить ее за стойку целиком, и больно стукнулась коленями о деревяшку. Означенная как альтернативная оплата разбитого виски задница торчала к потолку, только ценника не хватало, и Микки испуганно пялился на нее, догоняя своим пуганым убогим умишком, что именно Монтойя имел в виду. Стелла поняла это уже давно, еще до того как мексиканец закончил озвучивать эту мысль, и покраснела аки маков цвет от стыда, злости и унижения.
- Черт, Микки, плати, мать твою! - взвыла она, силясь вырвать из цепкой лапищи свою куртку.
- У меня нет денег, - безжизненным голосом проговорил Райерс, отведя глаза в сторону.
- Что?!
Стелла уставилась на него, на одного из самых богатеньких детишек их школы, на парня, которого на уроки возил личный водитель, на сученыша, который каждый семестр покупал свой средний бал кругленькой суммой, но парень не смог оценить всей эмоциональной насыщенности этого взгляда, он сидел скорчившись и глядя в пол, и казалось даже, что обычно задорно точащие в стороны уши и те поникли. Оглушительная тишина нарушалась только злым сопением Стеллы. Это длилось считанные секунды, однако ей показалось, что прошла целая вечность. Внезапно Микки поднял на Монтойю свои глаза, наполненные непривычной решительностью, столь несвойственной для этого тюфяка.
- Я принесу, я быстро съезжу домой и принесу, я... - он посмотрел на Стеллу, словно спрашивал у нее разрешения, но на самом деле она уже ничего тут не решала, и Райерс, осознав этот простой факт, снова посмотрел на мексиканца. - Полчаса, максимум час.

+2

7

Парень проникся. Впал в ступор, как положено всем, кого поставили на счетчик. Того собственно Тито и добивался. Пацан явно мнил себя шибко умным и шибко везучим. Стоило сбить с него эту шелуху. Однако девица прониклась еще больше. Вся ее расписная вежливость, так приятно удивившая поначалу, стухла как пицца под диваном. Феечка осыпалась пыльцой и превратилась в малолетнюю ведьму. Фурию даже. Как мило.
— Нехорошо ругаешься, — покачал головой Тито  и даже поцокал языком с нравоучительным видом.
Пепельница с одним единственным окурком опасно балансировала на краю стола. Брыкнись девчонка посильнее, и стекляшка полетела бы на пол. Тито, все так же крепко удерживая девку за ворот, аккуратно передвинул пепельницу на середину стола. Он равнодушно слушал перепискивания этой мелкоты. Дети возомнившие себя взрослыми. Хотя кому как. Тут девчонка была права. Если посмекать, то и пацан и она были достаточно взрослыми чтобы отвечать за свои поступки. Свое слово он сказал, а им предстояло быстрее уже соображать, что к чему. Судя по сбившемуся сопению девахи и ощутимо полыхнувшему от нее жару, она сообразила быстрее дружка. Умничка! Но и Микки догнался. С опозданием правда. Монтойя с таким увлечением разглядывал порозовевшие щечки его подружки, что не сразу расслышал бубнеж пацана. Он глянул на него хмуро, задумался на пару секунд и буркнул:
— Час, — и, грубо потрепав девчонку за щеку, добавил. — Через час твоя девочка станет моей девочкой.
Стоило парню хлопнуть входной дверью, как Монтойя тут же аккуратно усадил девицу на табурет и отпустил ворот ее куртенки. Даже поправил растрепавшиеся волосы.
— Напугал? — спросил он все таким же ровным не выражающим ничего тоном. — Не серчай, bebe. Я парня твоего пугнуть хотел, не тебя.
Он зашарил под стойкой в небольшой холодильной камере и спустя секунду брякнул на стол банку пепси. Пошарив по полкам, присовокупил к газировке пакетик арахиса и смятую жевательную конфету. Откуда сладость взялась тут, он понятия не имел. Но нашлась очень кстати. Монтойя придвинул угощение к девчонке и взялся протирать пивные кружки. Первые посетители всегда начинали с пива. Потом уже, когда помещение наполнялось сигаретным дымом, вонью пропотевших мужиков и глухим звуком ударов, начиналось время виски.
— Зря ты с ним связалась. Ничего путного из него не выйдет, — заговорил он после недолгого молчания. — Может богатей, но человек-то дрянь. Обрюхатит, заставит детей воспитывать, а сам других баб окучивать будет. А то и мужиков. Или те такой и нужен?
Дверь глухо хлопнула и в помещение вошли вдвое знакомых ребят. Один из них кивнул Монтойе, тот ответил таким же коротким кивком. Парни увлеченно забрякали железом. Ради этого они и пришли. Хесус опаздывал, но с девчонкой договориться нужно было до его появления.
— Тебя звать-то как? — спросил он наконец, стараясь не особо пялиться на мордаху. А то решит еще, что он правда на ее задницу зарится.

+2

8

Микки нервно сглатывал застрявший в горле ком с частотой превышающей скорость среднестатистического глотательного рефлекса и пялился на Монтойю круглыми глазами, ожидая согласия. Он же согласится, да? Не может не согласиться. На Стеллу он смотреть опасался и не зря. Девушка смотрела на него с таким выражением, что имей ее взгляд физическую нагрузку, то Микки расплющился бы, испепелился бы, а то и вовсе испарился из этого мира от страха. Едва мексиканец дал добро, многозначительно пощупав полыхающие щеки Стеллы, Райерса как корова языком слизнула. Запинаясь о стоящие на пути железки он ринулся к выходу попутно глядя на часы. Эта деталь не скрылась от внимательного взгляда Стеллы, и она даже немного успокоилась. Парень действительно собирался съездить за деньгами, а не свалить в туман, пока подруга будет отрабатывать эти проклятые восемьсот долларов своей задницей.
Дверь хлопнула не стой фатальностью, которая уже ожидалась по привычке, и Стелла вдруг обнаружила что сидит как раньше на табурете, а Монтойя приглаживает ее встрепавшиеся от летаний над стойкой волосы. Она похлопала глазами для порядка и поддержания образа малолетней пустышки, распахнула рот чтобы разразиться потоком недовольства, вроде «Да пошел ты!», «Какого хрена?» или «Не называй меня bebe, мослатый!», но так и зависла в ротозевательстве, изумленно пялясь то на гостинцы материализовавшиеся под носом, то на деловито полирующего стекляшки мужика. Внезапно оказалось, что сказать-то уже и нечего. Стелла смахнула со стола банку газировки, пшикнула алюминиевым кольцом и сделала пару глотков холодного щекочущего нос напитка, все так же пытливо и немного удивленно разглядывая Монтойю. Бормотание, показавшееся слегка нравоучительным, но тем не менее отражающее разумения самой Стеллы отозвалось скептической улыбкой на остывающем от былого раздражения лице.
- Меня его погремушка не интересует, - не без брезгливого самодовольства проворчала Стелла. Она еще немного пообижалась на весь этот разыгранный для Райерса спектакль, спонтанно помявший ее курточку и подпортивший нервы, но вцелом уже успокоилась и даже допустила оптимистичную мыслишку, что может мужик поболтает немного и отпустит ее не дожидаясь возвращения задолжавшего неудачника. Мыслишка побилась о стенки черепа, попыталась просочиться в окружающее пространство вопросом - «Может отпустишь, раз не меня напугать хотел?», но за спиной снова хлопнула дверь, всколыхнула сердчишко с глупой надеждой, что это Микки за пять минут обернулся, и тут же расстроила и встревожила.
- Вот это быки, - не удержалась Стелла от возгласа, который был услышан быками и сопровожден короткими польщенными смешками. Подумать вовремя, что привлекать к себе внимание не очень умно, девушка снова отвернулась к стойке и даже сгорбилась, понадеявшись, что быки позабудут о ее существовании и продолжат греметь железяками не обращая на нее внимания.
- Тебе какая разница? - огрызнулась она с досады. - Через час, а может и раньше я свалю отсюда и врядли буду вспоминать о нашем знакомстве.
Она смерила Монтойю злым взглядом, однако не заметив никакого негатива с его стороны, задумчиво покусала губы, повертела в пальцах конфету и негромко пробурчала:
- Стелла меня зовут.

+2

9

Норовистая деваха. Тито ухмыльнулся щербатым зубом и дабы скрыть легкую нерешительную смутность подвинул поближе пепельницу и закурил. Откуда эта смутность взялась в бывалом мексиканце? Черт знает. Не хотел он обижать девчушку. Вот те крест, не хотел. Однако гонору в ней было на десятерых. Не испортила бы все.
— Стелла? — он дернул шрамированной бровью. — Красивое имя.
Он цыкнул зубом, наклонился над стойкой, ввинтив локти в обработанное дерево, и уставился на мордашку пристальным взглядом. Внимание парней к дивчине ему не понравилось. Эти-то молодцы, черт с ними. Нормальные работяги. И жены у них и дети дома прописаны. Но другое отребье, которое тут обычно крутилось, могло не ограничиться добродушным хмыком в адрес красоты юной. Дружки Хесуса например та еще шваль. Им и руки распустить и зажать в уголке, раз полюнуть. А в девчонке чувствовалась та бабская спесивость, что провоцировала мужиков на незаконные деяния. Красная тряпка среди стада племенных быков — вот кем была девчонка сейчас.
— Так вот, Стелла. Слушай сюда. Внимательно слушай, — он потянул за воротник ее куртки и забурчал на ушко. — Сиди тихо. Голосишком не шуми. Парень твой появится, уйдете беспрепятственно. Тут порой такой люд оттирается, что лучше внимания к себе не привлекай. Кто подлезет, скажешь что племяшка моя приезжая. Ты чернявая, за полукровку сойдешь. Не заводи разговоров. Вообще лучше с места не двигайся. Уроки поделай, почитай, займись короче чем-нибудь. Усекла?
Он заглянул в глазищи, удостоверяясь, что был услышан. Понят, не понят, не важно. Оно придет кои не пришло еще. Главное чтобы она его услышала. Куртенку он отпустил и выпрямился, вновь берясь за тряпку и стаканы. Вовремя. К бару, лучезаря напропалую шагал Хесус. Парень он был толковый. Только наркоту уважал больше чем следовало бы. Не траву, а именно наркоту. Сколько раз Тито выгребал из карманов помощника пилюли без срока давности. Да и знакомства водил не очень приятные. Отребье низкопробное в основном. Парень еще издали разглядел узкую девчачью спину и черную гриву и ощерился лыбой с маслом.
— А кто то у нас тут такой красивый? — промурлыкал, вставая у стойки по соседству со Стеллой и якобы ненароком поддевая локтем ее под плечо. — Мойнтойя, чего это ты в мужиковский клуб бабу припер?
Он посверкал породистыми пуэрто-риканскими зубами на девчонку, заглядывая той с высоты своего роста за ворот куртки. Достал дешевые сигареты и, слишком уж тесно прижавшись к даме, потянулся за монтойевской зажигалкой.
— Замолкни и пиво из камеры вынь, долбоеб, — пробурчал Тито.
— У меня еще есть пара минут, — заметил Хесус. Говнюк никогда не начинал работать раньше положенного, зато свинтить с работы вне срока, это завсегда. Уволить паскуду надо было уже давно, да все как-то лень. Он закурил. Навонял едучим дымом и ощерился на девушку поновой.
— Ну так че? Знакомиться будем?
Тито коротко глянул на Стеллу, но смолчал. Пусть сама свой норов в нужное русло выставит.

+2

10

Сморгнув недоверчивый прищур, Стелла втянула голову в плечи под пристальным взглядом Монтойи и прислушалась к его словам со всем вытянутым за ворот мослами вниманием. Скупые инструкции наводили на мысли, что неприятности на сегодня еще не закончились. А с чего бы им заканчиваться? Карма такая падла, что любит покуражиться подольше на убогими, по глупости попавшими в передел. А Стелла чувствовала себя убогой просто дальше некуда. Это же надо так вляпаться! Это же талант надо иметь чтобы вот так вот из-за кого-то попасть в такое попадалово. «Прекрасно, Стелла, ты просто мастер по заманиваю неприятностей своей жопой!»
- Ладно, - коротко кивнула она, соглашаясь с новым статусом мексиканской племяшки, и забила себе рот конфетой чтобы истерично не захныкать. Конфета оказалась вкусной и хорошо отвлекала от невеселых мыслей, но вот только закончилась она быстро, оставив во рту сливочно-шоколадное послевкусие.
Все равно нужно было подумать и желательно по существу, а не про глупости всякие. Мексиканец, казалось, забыл о ее существовании, но Стелла жопой чуяла, что карем глаза, но он следит за ней. Даже не следит, а присматривает, без всякой враждебности и скорее из благих намерений. Да и мысль скоротать предстоящий неполный уже час за уроками ей понравилась просто потому что больше заняться в этом специфичном заведении все равно было нечем. Не железки же тягать с быками. Но не успела она сфокусировать взгляд на нервно прыгающих строчках в учебнике, как неприятности снова ненавязчиво ткнули ее в плечо. Точнее неприятность, одна единственная, но неприятная до тошноты. Стелла подняла на парня круглые, все еще сохраняющие призрак былого испуга, глаза и пару раз моргнула как сова, а потом вдруг скривилась как от кислого.
- Отъежись уторок, - огрызнулась она, с преувеличенным раздражением, невольно копируя интонации того же Монтойи, и даже рукой отмахнулась от причалившего латиноса, как от назойливой мухи. - Иди работай, пока дядя тебя уволил.
Она зафыркала как кошка от едкого дыма дешевых сигарет и помахала в воздухе учебником, разгоняя вонь, но парень все дымил и дымил и, более того, все скалился и скалился, от чего Стелле захотелось раздобыть кастет и хорошенько впечатать этот увесистый аргумент в белозубый оскал. Но вряд ли Монтойя, даже играя роль заботливого мексиканского дядюшки, оценил бы такую самодеятельность, к тому же Стелла не знала, кто этот перец и не опасен ли он. Может это вообще местный дурачок с финкой в кармане?
- Слышь, дядь, у тебя тут вентиляция работает? - капризно протянула она, как изнеженная манхеттенская фифа, забредшая в украинский квартал в Бруклине и узревшая использованный презик посреди тротуара. - Одни потеют, другие дымят, щас еще пивом завоняет, что дальше? Хоть бы окошко открыл. Дышать же не чем.

Отредактировано Стелла Спенсер (13-02-2014 22:24:24)

+2

11

— Дядя? — Хесус округлил глаза и уставился на Монтойю. До сих пор он был уверен, что тот всю свою семью оставил на родине, а то и похоронил. И тут такой сюрприз. Приятный, к слову. Да еще и с сиськами. — Ах ты, старый жулик! И где такую племяшку прятал?
— Я тебе ли не похрен? Две минуты прошли. За работу давай. И вентилятор включи.
Монтойя швырнул Хесусу в лицо тряпку, которой до этого протирал кружки, и бросив на девчушку короткий взгляд отошел за ширму. Оставлять Стеллу наедине с этим недомерком не хотелось чертовски. Но пиво само себя из холодильника не вынет и не телепортируется под стойку. Пуэрториканец проводил начальника довольным взглядом и, едва тот скрылся, наклонился к торчащему из гривы ушку.
— Телефончик не дашь?
Бряканье за ширмой спугнуло его за стойку, но не умалило желания узнать о цыпочке как можно больше. Очень уж хороша была. Хесус зажал в зубах нещадно чадящую цигарку и, щурясь от едкого дыма, взялся разоблачаться из куртки. Это не мешало ему безбожно пялиться на монтойевскую племянницу с тем же энтузиазмом, с каким некоторые рогатые животные смотрят на капусту. Ту которая белокочанная.
— Вентилятор включи, — напомнил мимо проходя Монтойя и шумно поставил башню ящиков на стойку. — И слюни подбери. Не по твою породу дивчина.
— Почем знать, почем знать, — отозвался Хесус и подмигнул девчонке. — Может я как раз в ее вкусе. А? Детка, я в твоем вкусе?
— Вентилятор включи.
Очередное напоминание сопровождалось ощутимым тычком в ребра. Парень недовольно крякнул и отбыл далеко за полки, где прятался щиток со всеми выключателями.
— Будет приставать, не церемонься с ним, — тихо посоветовал Тито. Он поставил перед Стеллой еще одну банку с газировкой и снова отчалил за ширму.
Очередная порция быков завалилась шумной гурьбой, гогоча над гладко выбритой совсем недавно шуткой, и растеклась по залу. Пара явно не местных ребят не стали заморачиваться с железом и сразу решили перейти к пиву. На сидящую за стойкой девчонку они косили с заметным любопытством, но больше их все же интересовал хозяин заведения. Хесус с профессионально угодливой миной завис рядом с новыми клиентами и вопросительно вскинул брови. Мол, чего изволите.
— Ты Монтойя? — спросил тот что постарше в слишком дорогой для этого района кожанке.
— Тито?! — позвал Хесус, не отрывая внимательного взгляда от второго. Тот казался срисованным с журнала для богатеньких типком, с модной стрижкой, блескучей цацкой в ухе и с навороченной мобилой наперевес. Только шкурка была помята и потаскана. Будто богатенький папаня забыл оставить нерадивому сынуле кредитку и тот был вынужден разбить свою свинью-копилку. Но гонора у отпрыска Трампа это не убавило. На титову племяшку он пялился похлеще самого Хесуса и даже не стеснялся облизываться.
— Ну чего? — недовольно буркнул Тито, выползая из-за ширмы с еще одним ящиком. Он брякнул свою ношу на стойку и равнодушно уставился на незнакомцев. Новые лица ему не нравились. Старые как-то роднее и надежнее.
— Тито Монтойя? — уточнил тип в кожанке.
— Ну.
Этого оказалось достаточно. Незнакомец удовлетворенно кивнул и выбросил вперед руку, в которой оказалась зажат серебристый глок. Выстрел прогремел в наполненном железом помещении оглушительно. Хесус, как положено трусам его породы, рухнул под стойку и забился под нижнюю полку. Пока Монтойя заваливался на пол с простреленным плечом, парень с серьгой развернулся к затихшим в зале быкам и повел в стороны невесть откуда взявшимся MAC-10. Он молчал, но аргумент в его руке был красноречивее любых слов. Ребята не решались даже шевельнуться.

Отредактировано Тито Монтойя (01-05-2014 16:44:12)

+2

12

Немного подумав, Стелла решила, что лучшая тактика в общении с этим уторком, это просто его игнорировать, и у нее это получалось почти играючи. Она с преувеличенным вниманием пялилась в учебник, рассеянно стучала по стойке зажатым между пальцами карандашом и изредка прихлебывала газировку из банки. Глаза она подняла, только когда вместо противного голоса уторка услышала приглушенный рык Монтойи.
- Можно я тогда ему карандаш в глаз воткну? - спросила она и изобразила фирменный взгляд Кота из Шрека. Конечно же Стелла не собиралась доходить до такого, ведь еще одни сутки в камере под присмотром толстого пончикожора и дальнейший разнос от матери ей не грезились от слова «совсем», но сама возможность ощутимо пригревала ее маленькое злобное сердце. Которое, к слову, заметно увеличилось в размерах, когда хлопнула входная дверь. Не надолго, правда. Стоило убедиться, что это всего лишь очередной табун любителей тягать железо, а не Микки с баблом, как бойкая мышца снова приобрела мизерные размеры и озлобилась на весь мир. Стало вдруг неожиданно приятно предвкушать, как она будет весь остаток учебного года динамить этого сопливого богатенького буратино. Стелла даже не сразу заметила, что пара быков отбилась от табуна и причалила к стойке. Они ей не понравились еще больше чем застоечный пуэрториканский уторок. Тот хоть ее не пугал так, как этот странный лощеный парень со стеклянными глазами и алмазом в ухе.
- Блять, еще один, - пробурчала она себе под нос так тихо, что едва ли кто-то кроме нее самой услышал, и загородилась учебником от греха, но сколько бы она не изображала предмет обстановки, с собственным любопытством справиться не получалось. Оно вострило уши и то и дело сманивало глаза с ровных строчек в учебнике, но сошло на нет, уступив место страху, когда прогремел выстрел. Стелла с криком соскочила с места, уронив табурет на пол и отбросив учебник, словно крысу, в сторону, и уставилась на лежащего на полу Тито. Под ним растекалась лужа крови, такой густой и темной, что девушка как-то отстранено подумала сущую глупость, типа у латиносов она темнее чем у белых. Ну глупость же. После ее крика воцарилась такая убийственная тишина, что Стелле показалось, что сердце в груди колотится просто неприлично громко. Она с трудом оторвала взгляд от Монтойи и оглянулась на затихших в зале ребят. Ужас сменился недоумением, а потом и вовсе уступил место негодованию, мол, какого хрена вы стоите и ничего не делаете? Но потом она поняла в чем дело. Парень со стеклянными глазами держал в руке какую-то странную пушку, похожую на те, которые частенько мелькают в полицейских сериалах у чернокожих преступников. Автоматический пистолет или что-то вроде. Стелла мало что понимала в оружии, в отличие от матери, но почему-то решила, что остро заточенный карандаш в ее руке будет достойным оружием против вооруженного парня. Она даже не успела подумать о том, что делает и как то скажется на ее здоровье, а уже с силой втыкала карандаш в руку стеклянноглазого.

+3

13

Нет. Тито не удивился. Что удивительного в том, что к тебе приходят, спрашивают Сара Коннор ты или нет, а потом стреляют в тебя? Но расстроиться есть от чего. Вот Тито и расстроился. Да и больно было, чего уж скромничать. Плечо прошило насквозь, а где-то за спиной жалобно звякнула прошитая пулей бутылка. С дорогим пойлом, наверное.
— Дипломатия по-американски? Уважаю! — прокряхтел Монтойя, с трудом поднимаясь с пола. Из-за стойки он все это время не видел что творилось в зале, из-за шума в ушах не слышал ничего. Только звук выстрела и как его звонкий отголосок крик Стеллы бились пульсом в висках. «Черт! Девчонка! Не нужно было оставлять ее здесь.»
— И что дальше?
Он со скрипом в суставах поднялся и вцепился вымазанной в крови лапищей за край столешницы. Перед глазами плясали бурые пятна, но это не мешало ему оценить ситуацию. Которая, к слову, была еще более аховая, чем ему грезилось всего пару минут назад в блаженном афиге пребывания на уровне плинтуса.
Карандаш оказался достойным оружием. Совершенно по-бабски взвизгнув, парень уронил свою пукалку, но умудрился таки отвесить взбрыкнувшей цыпочке увесистую оплеуху. Разбитая губа, конечно, не чета проткнутой руке, но хоть что-то.
— Ах ты сучка! — он буквально выл и глазел на истекающую кровью ладонь с торчащим в ней карандашом так, словно это был арахнид из чужого.
— Стоять! — сухо проскрипел стрелок. Он перевел свою пушку на всколыхнувшихся было быков и покосился на своего напарника. — Ты как?
— А ты, бля, как думаешь?! Эта сука мне руку проткнула!
Мужик в кожанке колюче глянул на девчонку и, шагнув к ней, прихватил за шкирняк как котенка. Монтойя напрягся до скрипа в зубах, но внешне его состояние никак не отразилось. «Нужно было ее отпустить. Нужно было...»
— Так дальше-то что? — повторил он. — Если ты хотел привлечь мое внимание, то привлек. Молодец. Теперь может поговорим?
Но стрелка мало интересовал раненный мексиканец. Он прижимал девчонку к себе и ненавязчиво убирал дулом пистолета растрепанные волосы с ее лица.
— Твоя шлюшка? — вдруг спросил он.
— Нет.
— Врешь.
— Нет.
Мужик скривился, типа в улыбке, и вроде бы даже поверил, а потом полез дулом за ворот ее куртки, оттягивая ткань в сторону и оголяя трогательно выпирающие ключицы. На что он рассчитывал, было ясно как день, но Тито все так же безучастно наблюдал за его действиями. Он позволил себе только раз глянуть в испуганные глаза Стеллы. Глянуть и убедиться, что ждать от нее можно чего угодно.
— Пристрели эту тварь, — затребовал напарник. Он как раз вытащил из руки карандаш и неуклюже подобрал свою пушку с пола.
— Заткнись! — неожиданно злобно рявкнул стрелок и снова наставил пушку на Монтойю. — Ты знаешь, кто я?
— Понятия не имею, — честно ответил Тито. Его не впечатлила угроза еще одного выстрела. Мужик не стал бы разводить треп, если бы хотел просто убить его. Хотел бы, убил сразу. — Но подозреваю, что чем-то тебя обидел.
Прошитое плечо онемело и кровь уже не шла так обильно, но Тито старательно делал вид, что ему плохо и он слаб. Даже не пожалел извести новенькое серо-голубое полотенце, зажимая рану, которая не особо его беспокоила. Простое сквозное в сравнении с пулей в печени сущая безделица. Хотя все равно неприятно. И этому гринго будет так же неприятно, когда Тито выстрелит в него из обреза, что спрятан под стойкой. Забившийся в самый угол Хесус лупил на Монтойю свои мутные глаза и угадывал его намерения. Смышленый, хоть и уторок. Или как тем его Стелла окрестила?

+3

14

Оплеуха была такой сильной, что Стеллу скрутило и швырнуло на пол. Щека горела, рот наполнился кровью, а из глаз брызнули слезы, но все это было полной фигней по сравнению со страхом, который парализовал школьницу, которая может и была не самой благополучной домашней девочкой, но в такие ситуации не попадала ни разу. Она сжалась в комок на полу рядом с одним из табуретов и, сплевывая кровавую слюну, затравленно косилась на вопящего ублюдка.
- Сам ты сука, мудак! - прошипела она.
Парень так орал и так возмущался, что ей было даже приятно. Наверное такое же удовлетворение испытывает ужалившая человека оса. Но порадоваться и победно пожужжать над ужаленным Стелла не успела. Второй, тот который постарше и поопасней на вид, легко, как будто она ничего не весила, поднял ее за ворот куртки и прижал к себе. Она зафыркала от упавших на лицо волос и тут же застыла, как увидевший змею грызун. Дуло пистолета, еще теплое после выстрела, бродило по ее лицу, убирая волосы и напрягало даже больше чем сам мужик обозвавший ее шлюшкой.
- Я не шлюшка! - возмутилась Стелла, чисто на автомате опровергая то, что было неправдой, а потом осеклась, напряженно сопя на закравшееся туда куда нельзя дуло пистолета, и сухо сглотнув добавила, едва ли понимая зачем, - Я его племянница.
Она почти видела, как Монтойя лицоладонится, как обычно лицоладонился ее учитель вождения, после очередного выданного ею кульбита на парковке, но не могла ничего поделать с тем, что уже было сказано. Она покосилась на стенающего над своей проткнутой рукой парня, потом посмотрела мимо него, на стоящих в отдалении ребят. Один из них так, чтобы не было заметно, тыкал одним пальцем кнопки на покоцанной раскладушке. Почему-то Стелла была уверена, что он собирается позвонить в полицию и запаниковала пуще, чем когда этот Клинт Иствуд в кожаной куртке выстрелил в Тито. Полиция могла усложнить и без того сложную ситуацию.
Долгие бессонные ночи и полицейские сериалы на кабельном научили Стеллу следовать одному очень важному правилу - если есть возможность не вмешивать в дело полицию, хватайся за эту возможность зубами и не отпускай, а если эта возможность сольется, придумай еще парочку и вцепись в них, но ни в коем случае не вызывай полицию. Многие бы поспорили с такой политикой, но в данной конкретном случае полиция могла не просто все усложнить, она могла все испортить окончательно и бесповоротно.
- Не нужно полиции, - громко чтобы услышали все, проговорила Стелла, не сводя напряженного взгляда с быка с мобильником, а потом перевела взгляд на стрелка. - Кем бы вы ни были и чем бы вам не насолил... мой дядя, вы же не хотите, чтобы копы все испортили, правда?

+3

15

— Племянница? Серьезно? — мужик недоверчиво оглядел девчонку. Красотка. Сочная как ягодка, которую так и хочется сорвать и раздавить языком. Потом глянул на Монтойю. Урод. Иссушенный и потоптанный, как старые картофельные очистки. И где тут родственное сходство? Или все дело в родинке на правой ягодице? Кривая усмешка сделала рожу бандита еще более зловещей. Нехороший признак.
— Я не понял! Ты что, решил с ними чайку попить и поближе познакомиться? — не унимался второй. Его уторканная душа требовала возмездия.
— Заткнись, я сказал!
Ребята явно не были приятелями. Тито покосился на висящую в руках стрелка Стеллу. Девчонка смотрела куда-то в сторону и, казалось. Вообще выпала из реальности. Состояние шока, догадался Монтойя. Но потом она заговорила и то, что она произнесла, произвело эффект разорвавшейся бомбы.
— Какие, нахрен, копы?! — вскипятился было стрелок. А потом проследил за взглядом монтойевской племяшки. Набиравший экстренное сообщение на номер «911» парень застыл как был, с мобильником во внезапно онемевших пальцах. Тот выпал из его рук и рассыпался на комплектующие, когда дуло пистолета посмотрело на него.
— Ты позвонил в полицию? Он позвонил в полицию! — тут же заистерил укурыш с серьгой.
— Вряд ли. Он не успел, так ведь? — стрелок миролюбиво улыбнулся парню, который под присмотром дула поднял послушно руки. — Ты ведь не успел? Потому что в противном случае...
— Нет, — парень оказался не робкого десятка. Другой бы на его месте стушевался и забыл родной язык, а этот приосанился, посмотрел прямо в глаза стрелку и твердо отчеканил, — Я ничего не успел сделать.
— Хорошо. Хороший мальчик, — кивнул стрелок и снова обернулся к Монтойе. — У тебя тут собрались не только здоровые, но еще и умные парни. И одна совершенно умопомрачительная юная красавица.
Он удостоил Тито одного беглого взгляда, только чтобы убедиться, что тот по-прежнему стоит, скрючившись и зажав раненное плечо здоровой рукой, и не представляет из себя хоть сколько-нибудь достойной внимания угрозы. Всем вниманием стрелка вновь завладела так называемая племянница. Молоденькая, гладенькая и наверняка сладенькая, как конфетка. Монтойе только того и надо было. Еще когда незнакомец отвлекся на парней в другом конце зала, Хесус подсунул под висящую плетью раненную руку Тито тот самый обрез. И теперь, стоило только стрелку отвлечься на девчонку в своих руках, как кажущаяся выведенной из строя и бесполезной конечность взмыла вверх, а не палец без промедления нажал на спусковой крючок. Выстрел мощной пушки снес незваному гостю пол лица. Кровь брызнула на Стеллу, брызнула в стороны, попала даже на стоящего совсем рядом второго незнакомца, который с тупым недоумением взирал на медленно оседающее тело своего напарника. От отдачи раненное плечо Тито окатило опаляющей огнем болью, но рука его не дрогнула. Лениво курящееся дуло ствола смотрело теперь на недоумка с серьгой.
— Ты знаешь, что делать, — негромко, но твердо проговорил Тито. Выползший из-за стойки заметно побледневший Хесус быстро оценил обстановку и поспешил поднять упавшую на пол рядом с мертвым телом Стеллу на ноги. Раздумывал второй бандит недолго. Он бросил свой MAC-10 на пол, прямо в лужу крови своего приятеля и развел руки в стороны. Казалось, вся дурь и весь дурман испарились из его голову, уступив наконец место здравому смыслу.

Отредактировано Тито Монтойя (24-01-2015 01:12:24)

+4

16

Все произошло так быстро, что Стелла, как ни силилась, не могла восстановить все случившееся в памяти. Единственное, что она запомнила достаточно ярко и наверняка надолго, так это то, как взрывается лицо этого урода с масляными глазками и как его кровь брызжет ей на лицо, шею и грудь. Она свалилась на пол раньше тела этого ублюдка и, не видя ничего из-за упавших на лицо волос, засучила ногами в попытке отползти от трупа как можно дальше. Чьи-то руки помогли ей подняться, эти же самые руки облапали ее за задницу и повели куда-то, но Стелла уперлась, отфыркиваясь от волос, налипших на чужую кровь. Ее трясло и немного тошнило. Она боялась оборачиваться и смотреть на то, что осталось от всего несколько секунд назад живого человека, прекрасно понимая, что это ошибка, у которой могут быть последствия, но какой-то дремучий инстинкт, а может то самое пресловутое женское любопытство, сгубившее жену Лота, заставило ее повернуть голову. Взгляд скользнул по упакованному в кожаную куртку неподвижному телу и остановился на быстро растекающейся по полу луже. Густая, ртуртно бликующая при свете ламп и кажущаяся почти черной на темной поверхности каменного пола, кровь казалась живой. Стелла смотрела на нее как завороженная, не в силах оторвать взгляд. По телу прошла последняя судорога, остаточное явление, последняя отрыжка остановившегося навсегда сердца, и безмятежная гладь черного озера пошла рябью от новой порции крови. Именно это окончательно подкосило перепуганную девчонку. Она отрешенно моргнула, как сонный совенок, как-то совершенно ненормально хихикнула и обмякла в руках помощника Монтойи, который едва успел подхватить ее, не позволив рухнуть на пол и удариться головой.
- Эм-м-м... Тито? - позвал Хесус, испуганно разглядывая испачканное кровью лицо «племянницы» своего босса. Он догадался, что это банальный обморок, но все же боялся, что ему влетит только за то, что он оказался рядом, когда тот случился. Потому, собственно, первым, что он сказал, когда раненный мексиканец все же посмотрел на него, было:
- Я тут ни при чем, она сама. Правда.
Поверил Тито или нет, он так и не смог понять. Лицо мексиканца ничего не выражало, а потом Монтойю и вовсе отвлек тот самый парень, которого подловили с мобильником. Пока остальные заламывали руки типу с серьгой и укладывали его мордой в пол, не стесняясь проверять на прочность его ребра и попутно обливать отборными матерками, он подошел к Тито и, затравленно перебегая взглядом с одного предмета на другой, едва слышно проговорил:
- Я вызвал полицию, я успел отправить сообщение с адресом. Они будут здесь минут через пять-семь.
Он говорил тихо, но все без исключений его услышали и замерли, переглядываясь между собой и не решаясь смотреть на Монтойю. Каждый из них для себя уже решил, что будет отрицать собственное участие в случившемся, даже если ему пригрозят обвинением в соучастии или еще какой-нибудь паскудной статьей. Они давно выучили главное правило этого заведения - все, что происходит здесь, остается здесь. Любой мордобой, любая пьяная потасовка с легкой руки, а иногда с ноги Монтойи выливалась в выяснение отношений на ринге. Они могли избивать друг друга, пускать кровь, ломать носы и челюсти, но только как бойцы, а не как перебравшие алкаши. Бывало, что дело доходило до больницы, но никто и никогда не признавался, что словил отбитые почки на ринге «Tres Cruces». Так было принято в течение долгих лет, а теперь одна посланная с перепугу эсэмэска могла все это похерить.

+5

17

Монтойя смотрел на этого хренова «законопослушного гражданина» и молчал. Его лицо оставалось бесстрастным, как ничего не выражающая маска каменного идола, а голове уже начался обратный отсчет. Пять-семь минут. Это конец. Конец всему, что он так долго и с таким трудом выстраивал, рискуя всем, что у него есть. И все из-за какой-то паршивой эсэмэски. Нет, из-за каких-то двух паршивых мудаков, решивших, что могут просто так прийти и начать палить средь бела дня при свидетелях.
— Тито?
Голос Хесуса вывел старика из глубокого ступора, в котором он пробыл, казалось, целую вечность. Монтойя пробежал глазами по собравшимся, цепляясь за мимолетные эмоции проскальзывающие на их лицах и пришел к выводу, что не все еще потеряно. Коротко глянув на Хесуса, на руках которого болталась девчонка, он решительно скомандовал:
— Неси ее вниз, — одним ударом приклада обреза он вырубил бандита с серьгой в ухе и, ошпарив взглядом парня со слишком обостренным чувством гражданской ответственности, кивнул на распростершееся на полу бездыханное, но живое тело. — Его тоже. И свяжите.
Оставалось решить, что делать с трупом, лужей крови и целой толпой свидетелей убийства, но и на этот счет у Монтойи уже были кое-какие соображения. Эти парни все до одного знали его, а он знал их, знал их семьи, их детей. И они это знали. А он знал, что знают они. Сложно, конечно, и запутанно, но именно на этом была основана его уверенность в том, что все до одного будут молчать.
Прошло ровно пять минут и в клуб «Tres Cruces» ввалилась целая орава полицейских. Их встретили недоуменными взглядами. Ребята, разминающиеся на ринге, даже прекратили свои пляски и уставились на незваных гостей во все глаза. Елозивший шваброй по свежевымытому полу Хесус уставился на копов, щурясь из-за нещадно чадящей сигаретки в зубах, и удивленно вскинул брови. Если бы не паскудный характер и безнадежно ленивая натура парня, из него бы вышел неплохой актер.
— Чем могу помочь, офицеры?
Тито слышал только невнятный бубнеж и ничего не мог разобрать из разговора помощника с полицейскими. Люк в потолке подвала был едва ли не герметичен. Он даже регулярно смазывал петли и стыки специальной пахучей смазкой, чтобы у полицейских ищеек отбивало нюх на травку. В этом не было особой нужды, и старый наркоторговец делал это скорее по привычке. Он вообще многое делал по привычке. Например сейчас, сидя на диване рядом со лежащей безвольной куклой Стеллой, он удерживал на мушке второго бандита. Тот тоже был без сознания, но в отличие от девчонки, лежал на каменном полу подвала рядом с упакованным в плотные мусорные мешки трупом своего приятеля. Спеленутый по рукам и ногам крепкой веревкой, он не представлял угрозы, но Монтойя был все еще на взводе. Пушка в руках, дырка в плече и несовершеннолетняя девица под боком — уже хреново. И трупы, один полноценный, а другой в перспективе, прибавляли мрачных красок.
— Как в старые добрые времена, — мрачно пошутил Тито и отнял руку с пропитавшейся кровью тряпкой от плеча. Ему бы в больницу по хорошему, но первый же врач, заценивший пациента, вызовет полицию прямо в палату. Огнестрелы, ножевые и прочие результаты нападений человека на человека всегда приводят к этому. Значит придется потерпеть.

+6

18

Как же хорошо было просто отключиться, позорно сбежать от всего этого. Стелла почти с радостью окунулась в этот долгожданный и такой уютный обморок, в котором не было необходимости смотреть, слушать, что-то решать и в чем-то участвовать. Она снова была дома, в своей комнате, на своей кровати и бездумно пиликала на гитаре, прислушиваясь к бормотанию телевизора в комнате Шона и потягивая косяк. Мамы, как всегда, не было дома и можно было не беспокоиться о том, что она, как легавая, учует этот приторный душок. Главное, не забыть открыть окно прежде чем лечь спать. Такие привычные, можно сказать обыденные мысли, они как-то не вязались с тем, что Стелла невольно ощущала и слышала. Какие-то голоса, мужские все до единого, какой-то запах, не то сырой земли, не то компоста, и ощущение, что ее куда-то несут, попутно бесцеремонно ощупывая за все, за что можно ощупать.
«Руки повыдергиваю нахрен!» - сквозь небытие подумала девушка, но когда почувствовала, что наконец-то лежит на чем-то мягком, вырубилась окончательно.
Сколько бы Стелла не пролежала вот так, уткнувшись лицом во что-то пахнущее марихуаной, очнулась она резко, как будто вынырнула из воды, разом дернувшись и запыхавшись. Чего она не ожидала, так это обнаружить себя в помещении без окон, но с ультрафиолетовыми лампами, сидящей на диване рядом с тем со старым наркоторговцем.
- Что за... - он хотела выдать нечто вполне цензурное, вроде «фигня», «дерьмо» или «нафиг», но потом увидела трупы на полу и, не сдержавшись, протянула: - Еба-а-ать!
Воспоминания о случившемся накатили резко, как цунами, и Стелла захлопала ртом, силясь надышаться впрок, перед неумолимым осознанием глубины того пиздеца, в который она влипла по милости Микки. Она с трудом оторвала взгляд от тел на полу и посмотрела на Тито. Выглядел мексиканец неважно. Усталое морщинистое лицо приобрело серый землистый оттенок. Одной рукой он зачем-то держал трупы на мушке, а второй зажимал простреленное плечо. Никакой угрозы при этом Стелла от него не чувствовала, ведь сам факт того, что она все еще жива, говорил о многом.
- Вам нужно в больницу, - проговорила она наконец, когда истерика, так и не вырвавшаяся на волю, слегка поутихла, но тут же прикусила язык. Снова сказались те знания, что она почерпнула, смотря сериалы по телику. Врачи позвонят копам, а копы Монтойе с его «бизнесом» уж точно не нужны. Нервно облизнув пересохшие от волнения губы, Стелла спустила ноги с дивана и осторожно пододвинулась к Тито. Раньше ей никогда не приходилось видеть пулевое в живую, только по телику, и сейчас девушке было даже любопытно.
- Может я чем могу помочь? У вас есть аптечка? - почему-то теперь, когда она столько всего увидала и столько всего узнала об этом человек, ей было неловко обращаться к нему на «ты». - Только я никогда не вынимала пули и вообще... - Стелла виновато пожала плечом и попыталась улыбнуться. - Но, если вы мне скажете, что и как нужно делать, я сделаю в лучшем виде, правда-правда.
Вот тут она не преувеличивала. Ей всегда было достаточно наипростейших инструкций, без наглядного примера, чтобы сделать что-то. Будь-то рецепт пирога, руководство по использованию бытовой или офисной техники или описание конкретных манипуляций, вроде искусственного дыхания. Сейчас она пыталась вспомнить то, что им преподавали на курсах оказания первой помощи, но там не было ничего про огнестрельные ранения, одна сплошная бытовуха.

+6

19

Девчонка пришла в себя наудивление быстро, чему Тито искренне обрадовался. Даже истерить не стала, хотя вроде собиралась поначалу. Еще бы, очухаться в подвале рядом с трупом, связанным бандюком и вооруженным наркоторговцем — то еще удовольствие. В пору заскулить и забиться в угол. Но сейчас Монтойе было не до скулящих баб совершенно. Его уже помаленьку вело от кровопотери и такой бодрячок как Стелла, ругающийся как сапожник, был очень даже кстати. Она отвлекала. От боли, от трупа, от перспективы попасть за решетку.
— Только не шуми, копы наверху, — вяло отозвался он и непроизвольно дернулся, когда девчонка оказалась так близко, что он отчетливо учуял запах ее волос. — Аптечка там, над умывальником на полке. И руки помой.
Он махнул дулом обреза в сторону темного угла, где компактно приткнулся старый кухонный гарнитур, который Монтойя выменял у своих спившихся соседей за пару бутылок дрянного вискаря. Две добротные тумбы с покосившимися дверцами, мойка и пара шкафчиков над ними — все это было забито коробками, жестянками, банками со всякой ерундой, которую старый мексиканец посчитал полезной. Аптечка была из тех дешевых версий, годных разве что для автоинспекции, но антисептик и бинты там должны были быть. И обезболивающее. Оно бы сейчас Тито не помешало. Как и бутылка чего покрепче.
— Слушай, там где-то должна быть бутылка текилы початая, — Монтойя устало откинулся на спинку дивана, наплевав на обивку, и прикрыл глаза. — Прихвати и ее тоже. Только сама пить не вздумай. Рано тебе еще.
Рука, держащая обрез, опустилась на колено и на какое-то время Монтойя почти отключился, вроде бы оставаясь в сознании и слыша, как шебуршится Стелла, но стоило спеленутому по рукам и ногам бандиту с серьгой в ухе зашевелиться, как вся усталость и тяжесть в голове улетучились.
— Не дрыгайся, гриньго, — приглушенно посоветовал Тито, наставив на парня дуло обреза. — Я не любитель мокрушничать, но разнесу тебе голову как нефиг делать, только рыпнись.
Он бросил короткий взгляд на Стеллу, находившуюся в опасной близости от пришедшего в себя бандита, кивком приказал девчонке обойти его на безопасном расстоянии. Это оказалось лишним. Парень еще толком не пришел в себя после удара по голове и елозил на полу бестолково, как едва проснувшаяся после зимы муха. Прошло какое-то время прежде чем его мутный взгляд прояснился и на лице появилось осмысленное выражение, щедро приправленное страхом за собственную шкуру. Дошло, наконец-то, что за такие фокусы можно и сдачи словить.
— Что? Не этого ты ждал, когда приперся в мой клуб, да? — зло усмехнулся Монтойя и указал дулом обреза на бесформенную кучу, упакованную в мешки для мусора. — Твой дружок наверняка тоже не на такой исход рассчитывал. Кстати напомни, будь добр, за каким лядом вы приперлись?
Не то чтобы Тито всерьез этим интересовался. Догадаться, что дело пахнет конкуренцией было несложно, но не уточнить на всякий пожарный, он попросту не мог. Да и чем еще заняться, пока неумеха-школьница будет штопать его плечо руководствуясь его же кустарными инструкциями.
— Ты только не аккуратничай, — залив в глотку богатырскую порцию текилы, Монтойя попытался расслабить задубевшее от боли плечо и приготовился к худшему. — Главное пулю вынуть, а кровь остановить не проблема. Прижечь можно, если совсем плохо будет.

+7

20

Живо закивав, как китайский болванчик, Стелла соскочила с дивана и засуетилась, заметалась по подвалу, стараясь не обращать внимания на черный мешок, рядом с которыми валялся тип с серьгой. Она догадывалась, что там упрятан труп того самого бандита, которому Монтойя прострелил голову. Внезапно вспомнив в подробностях и так четко и ясно все, что случилось, Стелла моментально позабыла про аптечку и простреленное плечо Тито. Пальцы взялись ощупывать лицо, на котором засохла чужая кровь, и девушка почти бегом бросилась к мойке. Над ней, пристроившись на месте выбитой плитки, тускло поблескивало небольшое потрескавшееся зеркало, в его мутной поверхности отразилось ее бледно перепачканное чужой кровью лицо. Она была не только на щеках и подбородке, но и на шее Стеллы, запеклась в волосах и осталась на одежде. Пришлось потратить несколько минут, чтобы отмыться от нее и оттереть прилипшие к куртке ошметки грязным полотенцем. Раскрасневшаяся и мокрая, но заметно повеселевшая Стелла с интересом покосилась на стоящие ровными рядами ящики с буйной растительностью под ультрафиолетовыми лампами. Так вот где Тито выращивает травку. Правда, кроме травки тут было еще много чего такого, что немного не вписывалось в представления Стеллы о наркоторговцах. Она могла поспорить, что рассмотрела перец и томаты. От изучения подпольной оранжереи ее отвлек голос Тито.
- Текила? - она никогда не пробовала текилу и заинтересованно заблестела глазами, когда мексиканец упомянул о ней, но тут же поникла, пробурчав под нос обиженное: - А свидетелем убийства становиться не рано, стало быть.
Аптечка нашлась быстро, как и текила. Заляпанная землей и компостом у самого горлышка бутылка стояла тут же, белея этикеткой. Скорее из вредности, чем из необходимости, Стелла окатила оголенные по локоть руки алкоголем и только после этого, благоухая текилой, вернулась к Монтойе.
- Это для дезинфекции, - многозначительно проговорила она и, вручив мексиканцу бутылку с остатками запретного пойла, загремела найденным в аптечке пузырьком с таблетками. - Вот это выпей. Если не сработает, еще две выпьешь, но лучше ими не злоупотреблять. Говорят, плохо для сердца.
Высыпав в грубую ладонь мужчины пару таблеток, она занялась, наконец, его раненным плечом. Она была так поглощена этим, что не заметила, как зашевелился внезапно живой торчок с серьгой. Ей было не до него. Она делала что-то новое, чего никогда не делала раньше и была целиком и полностью на этом сосредоточена. Следуя скупым инструкция наркоторговца, ей удалось вынуть застрявшую в сведенной спазмом боли мышце пулю и кое-как остановить хлынувшую с новой силой кровь. Перспектива прижигать рану ей не очень-то нравилась. Она видела в кино, как это делается, и не хотела причинять Тито еще больше боли, чем уже причинила, ковыряясь в его плече пальцами.
- Вот так, - она еще раз промыла рану антисептиком, промокнула излишки чистым бинтом и наложила повязку. - По-хорошему тебе бы зафиксировать руку, как при переломе, чтобы не тревожить лишний раз. Болит?
Болит конечно же, глупый вопрос, но нужно было что-то говорить, как-то себя отвлекать от настойчиво напрашивающихся мыслей. Что будет дальше? Не с этим уторканным придурком, которого, кажется, наконец-то отпустило со страху, на него Стелле было наплевать. Ее интересовало, что будет с ней. Теперь, когда она стала свидетелем убийства, узнала, где наркоторговец выращивает травку, у Монтойи было гораздо больше поводов прикончить и ее, а потом закопать где-нибудь или пустить на удобрения для своих драгоценных растений. Наверное стоило все же спросить, а не ждать, когда он сам скажет.
- А со мной что будет?
Она только что закончила убирать в аптечку остатки бинтов и нерешительно подняла на Тито глаза, в которых, тем не менее, не было страха.

+7


Вы здесь » Year 2013: Dawn of the dead. » Страницы истории » Три креста, три косяка, Мексика vs. Америка. (флешбек)